Убей свою любовь

Отец находился уже возле Бесо, положив руку тому на плечо. Телохранитель Боря настороженно оглядывался по сторонам и то и дело подносил руку к уху, в котором торчал наушник мини-рации. Ираклий тоже был рядом, а в толпе я заметила еще несколько телохранителей Бесо. Ну, все правильно – мало ли.

Я чувствовала себя неуютно, глядя на бесчисленное количество венков и цветов, на огромную людскую толпу, медленно двигавшуюся мимо гроба. Кто-то подходил к Бесо, говорил какие-то сочувственные слова, смысл которых явно не доходил до него.

Появился дядя Моня, встал за вторым плечом Бесо – так и выглядели теперь скульптурной группой, и я совсем не к месту вспомнила негласное прозвище, данное конкурентами их троице, – «Три толстяка», иногда менявшееся (разумеется, шепотом) на «Три поросенка».

Мы с Сашей тоже медленно двигались в толпе, он обнял меня за плечи, а второй рукой крепко держал мою руку. Сзади нас подпирали Никита и Володя, и я физически ощущала, как сильно это раздражает моего мужа, привыкшего надеяться только на собственные ощущения, реакцию и умения.

Но – папа так распорядился, и даже Акела не посмел возражать.

Восковое лицо Медеи в гробу поразило меня. Всего несколько дней назад она была живая, говорливая и, как обычно, хлопотала в огромном доме – и вот ее больше нет. И еще одно обстоятельство привлекло мое внимание – в толпе родственников я не увидела Резо. Хотя, может, просто не узнала – или не заметила.

– Все, малыш, едем домой, – шепнул мне на ухо Саша, крепко прижимая к себе.

Начал накрапывать дождь, и я уже в который раз пожалела, что не прихватила плащ. Пиджак мужа доходил мне до колен, я чувствовала себя совершеннейшей клоунессой, но так хотя бы не было холодно. Мы дошли до большой парковки и стали пробираться между автомобилей к своим машинам, как вдруг что-то оглушительно рвануло, взвыли сигнализации, а я почувствовала, что падаю прямо в лужу между двух машин, а сверху на меня наваливается муж, закрывая руками мою голову.

Я оказалась лицом прямо в жидкой грязи, с трудом смогла повернуть голову набок, чтобы не захлебнуться. Глаза залепило, во рту – противный привкус грязной воды, платье моментально пропиталось влагой. Кругом – крики и вой сирен. Но муж, лежащий сверху, прошептал мне в ухо:

– Спокойно, Алька, мы целы, все в порядке, – и я успокоилась немного.

Наконец Саша встал и помог подняться мне.