Убийство городов
0 прочтений
Минуту вглядывались друг в друга, словно помещали один другого в те сырые чеченские горы в неопавших дубах. В черную тьму, в которой горели красные факелы взорванных нефтепроводов. В грязь под Аргуном на «пластилиновом поле», где буксовали и вязли танки. В кунг, где майор кричал и матерился во сне. В лазарет, где стонал на операционном столе раненный в печень десантник.
Новицкий усадил Кольчугина на старый стул возле шаткого стола.
– Вы молодцом, Дмитрий Федорович. Смотрю вас по телевизору. Абсолютно разделяю вашу позицию.
– Да у нас с тобой, Игорь, все эти годы одна и та же позиция. «По машинам!» и «Вперед!».
– Похоже, Дмитрий Федорович, опять в баки пора заливать горючее.
– Я знаю, чем ты занимаешься. Нужна твоя помощь. Переправь меня в Новороссию.
– Да как же так, Дмитрий Федорович? Зачем вам туда? Вы здесь нужнее. Это дело опасное.
– Я тебе дарил мои книги о Чеченской войне? Дарил мои афганские книги? Сделай так, чтобы я подарил тебе книгу о войне в Новороссии.
– Туда, Дмитрий Федорович, нелегко добираться.
– Если там не будет писателя, если там не окажется художник, то эта война останется безвестной. Там должен оказаться писатель, который опишет эту войну.
Новицкий молча смотрел на Кольчугина, и тот старался разглядеть на полной, плохо выбритой щеке подполковника юношескую ямочку, которая бесследно исчезла.
В комнату вкатился круглый возбужденный посетитель с лицом, похожим на сочный томат.
– Говорить можно? – недовольно спросил Новицкого.
– Свои, – кивнул тот.
– Я тебе четыре «Газели» даю. Пятьсот километров пробега. Тебе что, не нужны «Газели»? Ставь на них пулемет, чем не тачанка?
– Так кто же отказывается?
– А как я их туда погоню? Сам, что ли, за баранкой, до Луганска? Ты мне четырех водил пришли!
Они пустились в запутанный, неясный для Кольчугина разговор, в котором присутствовали километры, населенные пункты, пароли.
Тот проклятый 91-й, когда завершалась безумная «перестройка», эта длящаяся годами истерика.