Убить волка (СИ)

Даже если у тебя в будущем появятся свои дети, не обращайся с ним плохо. Он уже подрос и не будет тебя обременять... Когда придет его время принимать титул, он будет жить в личном поместье в качестве принца... Я уже выбрал для него подходящее место...

После этих слов Юань Хэ зашелся в сильнейшем приступе кашля. Гу Юнь протянул к нему руки, чтобы помочь, но тот лишь отмахнулся от него.

Старый Император узрел нездоровый цвет лица Чан Гэна – почти мертвенно-бледный. И чем дольше он смотрел на него, тем горестнее ему становилось на сердце.

Он думал о том, почему такой хороший ребенок, как Чан Гэн, не остался рядом с ним?

Почему после всех пережитых тревог, пока велись его поиски, сам он оказался не в силах оттянуть неизбежное, чтобы глядеть на мальчика чуть дольше?

Император отвел взгляд от Чан Гэна, точно слабый и трусливый ребенок. Вместо этого он обратился к Гу Юню:

— Он, должно быть, измучен долгой пыльной дорогой. Пускай мальчик отправляется отдыхать. Я бы хотел поговорить с тобой наедине.

Гу Юнь проводил Чан Гэна до двери и передал его на попечение гвардейцу.

— Тебе следует отдохнуть. Дождись меня, я тебя найду.

Чан Гэн ничего не сказал и молча последовал за гвардейцем. Его сердце продолжало тревожно биться, однако мальчик не мог в точности описать, что именно он ощущал в этот момент.

На сей раз он становился приемным сыном Гу Юня официально. Это, должно быть, хорошим известием, вместе с тем он никак не мог заставить себя почувствовать радость от таких перемен.

Однако Император сказал свое слово, и Чан Гэн не мог отказаться. Пусть ему не позволили выбирать, он не смел противиться указу самого Императора.

Он мог только склонить голову и мелкими шагами семенить прочь из дворца, окруженного благоговейной и смертоносной аурой. Покидая царственные покои, Чан Гэн невольно оглянулся на Гу Юня и увидел, как тот развернулся к Императору вполоборота. Профиль молодого Аньдинхоу был прекрасен, подобно изысканному портрету.

Строгие и тяжелые одежды главнокомандующего, скрывавшие поджарую фигуру, создавали образ личности сдержанной.

«О чем ты думал? – усмехнулся Чан Гэн про себя. – Несколько дней назад ты считал себя ничем не примечательным сыном мэра захудалого городка; сыном матери, которая оскорбляла тебя и травила ядом. Сегодня ты – приемный сын молодого Аньдинхоу.