Убить волка (СИ)

Мощь армии из тысяч солдат в железной броне отражалась в его слепых глазах. На мгновение этот привлекательный мужчина превратился в ожившую статую демона, но вскоре иллюзия развеялась.

И Гу Юнь быстро пришел в себя, выражение его лица смягчилось. Он потянулся и, блуждая в потемках, наугад поймал в воздухе руку Чан Гэна и мягко погладил его по запястью.

— Сначала позаботься о своей ране, а потом принеси мое лекарство. Когда это ты стал таким непослушным, а?

Чан Гэн смолчал, но перед уходом раздраженно пнул дверной косяк.

Тем временем, над светящейся ночными огнями столицей нависла куда более опасная и неожиданная буря.

На одной узкой столичной улочке старик с редеющими волосами окинул прощальным взглядом лежавшую на столе написанную кровью предсмертную записку, а затем повесился на поперечной балке собственного дома. Оставшиеся годы его жизни угасли подобно свече на ветру [6].

Не успевший прийти в себя Гу Юнь забыл приказать командиру стражи проследить за тем, чтобы о неудавшемся покушении никто не узнал.

Командующий Северного гарнизона, расположенного в пригороде столицы, Тань Хунфэй принадлежал к старой гвардии Черного Железного Лагеря. Узнав о том, что на подконтрольной территории, прямо у него под носом, совершено покушение на маршала, он пришел в ярость и созвал гарнизонные батальоны со всей округи, чтобы лично провести тщательное расследование.

Невозможно было замять событие такого масштаба. Вскоре вести о покушении разнеслись далеко отсюда, и это было только начало.

Через день к Гу Юню вернулись зрение и слух. Когда он осознал свою оплошность, то было слишком поздно — отряд Тань Хунфэя уже ворвался в столицу.

Генерал Тань вынудил правителя столичной округа, рыльце у которого было в пушку, перетряхнуть весь город в поисках подозрительных чужеземцев.

Гонец не осмелился сам войти в дом правителя столичной округа, поэтому в спешке попросил слуг пригласить нужного ему человека. Кто же мог знать, что здесь царил такой бардак, что только после крайне долгого ожидания наконец нашелся кто-то, кто впустил его внутрь.