Убить волка (СИ)

Не успел гонец открыть рот, как командующий Северного гарнизона Тань Хунфэй резко вскочил с места, пугающе вытаращил глаза и с такой силой ударил ладонью по столу, что земля под ним едва не растрескалась. В результате чего с головы до смерти перепуганного правителя столичного округа Чжу едва не слетел форменный головной убор.

Тань Хунфэй рявкнул:

— Ты вообще кто такой?! А ну-ка повтори!

Мужчина средних лет, который двумя руками сжимал написанную кровью предсмертную записку, четко выговаривая каждое слово, ответил:

— Этот простолюдин — владелец пекарни на улице Миньсян в восточном пригороде столицы.

Мой пожилой приемный отец [7], старший дворцовый евнух У Хэ, служил еще при дворе Императора Юань Хэ. Много лет назад, пытаясь избежать беды, он инсценировал собственную смерть. К счастью, ему самому удалось выбраться из дворца. С тех пор он скрывался среди простонародья. Несмотря на это много лет спустя его в итоге обнаружили разбойники и воры. Прошлой ночью, не желая бросать тень на свою семью, старик покончил с собой. Этот простолюдин мал точно светлячок, хрупок как травинка, его ничтожная жизнь не достойна упоминания. Но все же мой покойный отец оставил записку, желая пролить всему миру свет на совершенную чудовищную несправедливость!

Интуиция подсказывала правителю столичного округа Чжу Хэну, что затронут вопрос чрезвычайной важности, поэтому он громко и поспешно перебил его:

— Смутьян! Да как ты смеешь нести подобный вздор?! За убийство третьего принца старшего дворцового евнуха У Хэ сразу же бросили в темницу, а потом казнили путем разрубания по пояснице.

Ты что намекаешь на то, что храм Дали ложно обвинил его?

Мужчина низко склонил голову и продолжил:

— Этот простолюдин держит в руках предсмертную записку, написанную кровью его отца. Сейчас я предстал перед вами и в моих словах нет ни капли лжи!

Евнух У Хэ брал взятки, а потом разум его словно помутился и, вступив в сговор с потерявшей расположение Императора супругой, он организовал убийство третьего принца.

Эту тему горячо обсуждали в то время, когда Гу Юнь еще жил во дворце, а ветераны Черного Железного Лагеря тогда все бы отдали за то, чтобы разорвать труп старого спятившего евнуха на десять тысяч частей.

Лицо Тань Хунфэя помрачнело:

— Господин Чжу, давайте выслушаем этого человека.