Укрой меня от замыслов коварных; Делирий; Возвращайтесь живыми!; Шанс на независимость

То ли потому, что он уже освоился с геометрией лемурийской базы, то ли его возможности возросли. Но Колыбель стала прозрачней и понятней.

Теперь он видел — в пси–диапазоне, конечно, упорно отрицаемом ортодоксальной наукой — даже самые маленькие отсеки Колыбели и мог в принципе разобраться, что в них находится.

В самом центре гранёного «яйца» базы находился, так сказать, не «желток» — как основополагающий элемент всей конструкции, не центр управления, а отсек с устройством телепортации.

Вокруг этого отсека концентрировались кольцевые коридоры.

Всего таких слоёв насчитывалось девять.

Кроме данного горизонта Колыбель состояла из пяти таких же горизонтальных этажей, повторяющих структуру центрального: два выше, два ниже.

Нижние представляли собой энергоформирующие структуры и складские помещения.

Этаж над отсеком телепортации напоминал гигантские пчелиные соты, в ячеях которых поддерживались заданные физические условия: температура (около нуля градусов по Цельсию), состав воздуха, влажность, электромагнитный фон.

Роман заподозрил, что в этих сотах хранятся генетические зародыши, образцы ДНК фауны и флоры лемурийской эпохи.

Самый верхний этаж, венчающий купол «яйца», являлся централью управления базой. Сюда сходились все бесчисленные «нервные пути» и энерголинии сооружения, и здесь же находился главный мозг базы, мало напоминающий современные компьютеры, но выполнявший те же функции.

Кроме того, «дух» Романа почуял реактор или энергопитатель базы, располагавшийся в «тупом конце яйца», потихоньку оживающий, бросающий огненные ниточки энергии по невидимым кабелям в те или иные отсеки, а также странное «чугунное ядро» — отсек в форме сливовой косточки, прячущийся прямо под отсеком телепортационного терминала.

Пронзить его лучом «рентгеновского» зрения (буддисты называли эту способность антара дришти сид–дхи — способность просвечивать материальные структуры) не удалось, но Роман чувствовал, что, судя по защите, отсек играет какую–то важную роль во всей системе связанных между собой помещений и прячет внутри странную «вибрацию», вызывающую тревогу. У Романа даже родился термин, если и не объясняющий ощущение, то хотя бы дающий представление о скрытой тайне внутри «сливовой косточки» размером три на два метра: бомба недоступного смысла.

Сначала он хотел опуститься на этаж ниже и посмотреть, нельзя ли проникнуть в отсек. Потом пришла отрезвляющая мысль: для исследований базы требуется время, очень много времени, а ему пора уже выбираться отсюда.