Затем выражение его лица стало гораздо более серьёзным. – А расскажи мне про своего сына."
"– Что про него рассказать? – насторожилась я. Иголки начали медленно выходить из кожи, готовясь уколоть в любой момент.
Мое личное – это мое личное.
– Что-нибудь, – дернул Ренат плечами. – Это ведь твой сын. Расскажи мне о нем что-нибудь.
– Ты и сам его прекрасно видел и даже уже немного знаком. Самый любимый и самый лучший на свете мальчик десяти лет. Любит хоккей, всё, что связано с физикой и хочет строить ракеты. Зовут – Саша, – отчеканила я.
– Вот и всё основное. В общем-то, больше нечего рассказать.
– Ты совсем не хочешь касаться личного? – слегка нахмурились черные брови парня.
– Я тебе сразу об этом сказала. Не нужно усложнять, Ренат, – села в постели и натянула на грудь одеяло.
Осмотрелась вокруг в поисках белья.
– Что с работой решила? – спросил Ренат. – Этим-то я могу интересоваться. Это ведь не личное?
– Кстати, об этом, – спохватилась я. – Мне нужно готовиться к экзаменам.
– К экзаменам? – Ренат тоже сел.
– Ты куда-то поступаешь?
– Не совсем. Это квалификационный экзамен для присвоения статуса адвоката. Там есть еще несколько формальностей, но если коротко, то мне нужно сдать экзамен, чтобы стать адвокатом.
– Тебе нравится охранять закон, да? – улыбнулся тепло Ренат.
– Мне нравится справедливость и когда каждый получает по заслугам.
– В этом вся ты, – кивнул он одобрительно.
– Можно и так сказать.
– А мне нужно диплом писать, – вздохнул парень и бросил взгляд на открытый ноутбук, стоящий на барной стойке.
– Тему-то хоть помнишь?
– Да, – возвел он задумчивый взгляд к потолку. – Что-то там малый бизнес и что-то там ещё, и еще пара умных слов.
– Потрясающе, – рассмеялась я. – Так и вижу, как комиссия на защите восхищенно тебе рукоплещет. Садись и начинай писать диплом. А я пока к экзамену немного поготовлюсь.
– А потом чем займемся? – ехидно ухмыльнулся и потянул на себя одеяло, в которое я была завернута.
– Вот выучишь хотя бы название своей дипломной работы, потом и посмотрим, что с тобой делать, – отпрянула и я прихватила из сумочки телефон.
– Давай, малыш. Иди учись.
– Ты назвала меня малышом?
– Больше не буду.
– Да нет. мне нравится.
– Ну, тогда за дело, малыш. Погрызем гранит науки. Я на кровати, а ты – за стойкой.
– Когда лютый перепихон успел перейти в самообразование? – возмутился Ренат, но, всё же, послушно пошёл и сел за стойку.
– Тогда, когда твой задушенный мной питон повис мертвой кожаной веревкой.
