За три года — вы в каком уехали? В восемьдесят седьмом? За три года кооперативную квартиру построили, машину купили, барахла кучу.
— В Перу финансовые кризисы — обычное дело, — Анна чувствовала, что говорит, как бы оправдываясь, — доллар взлетал вверх, и наши специалисты, которые получают в твердой валюте, вдруг становились в два раза богаче. Тогда все бросались покупать электронику, золото с бриллиантами. Потом в отпуске все это можно было продать, сами ведь знаете, я часть через вас пристраивала, часть через комиссионки, — и снова в выигрыше.
Анне не хотелось рассказывать, как во время кризисов они, советские женщины, опустошали магазины. Покупали впрок, подчас ненужное, но на родине отсутствующее. Посуда, постельное белье, настольные лампы, одежда и обувь в промышленных количествах, шторы, кастрюли, ткани для обивки мебели, ковры, обои и краски, ложки-поварешки, консервы, кофе, шерсть — скупали все, что не испортится от длительного хранения. Потом горы вещей необходимо было переправить на родину.
Самое удобное — самолетом, но “Аэрофлот” ограничивал вес багажа. Двадцать килограммов на человека, если ты летишь в отпуск, и шестьдесят килограммов на окончательный отъезд. Поэтому все старались дружить с аэрофлотовцами — по знакомству можно было протащить, не оплачивая, больший вес. Главное, чтобы тебя не задержали в Шереметьеве, не заставили перевешивать багаж и оплачивать перевес. Истории с перевешиванием были популярными “страшилками” в российской колонии. В окончательный перелет Самойловы везли восемьсот килограммов багажа — гору картонных коробок, пришлось заказывать грузовик.
Треть багажа им не принадлежала — Анна согласилась взять чужие коробки, потому что Юрия, как аэрофлотовца, никто не стал бы проверять. Они до сих пор выдавали родственникам своих знакомых из Перу причитающееся имущество. Но понять забавы коробейников могли только те, кто жил за границей. Подруги Анны к этой категории не принадлежали.
— Девяносто процентов перуанцев, — рассказывала Анна, — очень бедны — так, как нам и не снилось.
Недоедают, вместо домов халупы из веток или картонных листов. Нищие, дети голодные — очень для меня непривычно сначала было.
— Теперь и у нас нищие и попрошайки не редкость, — заметила Ира. — Покажи фотографии. Какой дом у вас был?
Двухэтажный коттедж, садик, газон, пальмы, яркие тропические цветы — как с рекламного проспекта. Сидя на московской кухне, было странно видеть фото Самойловых на океанском пляже, в горах, на палубе яхты.
