Усадьба ожившего мрака

Обиделась? Согласилась с его доводами? Да что бы не подумала, это сейчас не важно! Потом станут разбираться и извиняться, а сейчас у каждого из них своя задача.

Митяй перевел взгляд на Севу, сказал тихо и решительно:

– Уводи ее отсюда. Идите в дом доктора, ждите нас до утра. – Сколько там осталось до утра? Он посмотрел на небо. Сквозь клочья тумана пробивался яркий лунный свет. До рассвета еще оставалось время. – Если не вернемся…

– Вы вернетесь, – сказала Танюшка так же тихо и так же решительно, как до этого он сам.

 – Мы вас дождемся, Митя.

А если не дождутся, то попрутся в Гремучую лощину им на помощь. В этом у Митяя не было никаких сомнений. Друзья они такие – безрассудные. Он бы и сам поперся.

Григорий не стал удерживать Власа, понимал всю бессмысленность этой затеи, понимал отчаяние друга.

– Иди, – сказал он коротко. – Сам управишься?

Влас ничего не ответил, кажется, даже не услышал вопроса. Запрокинув голову, он смотрел на темные окна второго этажа, на лице его было отчаяние.

– Влас! – Григорий тронул его за плечо.

 – Встречаемся у водонапорной башни. Слышишь ты меня?

Все последующее было бессмысленным, но Григорий не удержался.

– Мне бы ее сберечь, Гриня… – И столько боли было в его голосе, столько отчаяния, что Григорию сделалось не по себе.

Это была минутная слабость. Никто из них не мог позволить себе ни слабости, ни сантиментов. Каждый знал, на что идет, и чем все может закончиться. Стелла тоже знала. Сильная женщина. В каком-то смысле уникальная. Власу с ней повезло.

– У водонапорной башни, – повторил Григорий, глядя другу в глаза.

– Спасай девочку, а я как-нибудь сам, – сказал Влас и похлопал его по плечу.

Он растворился в темноте, и как только стихли звуки его крадущихся шагов, Григорий шагнул в поток. Да, у него есть дело, он должен сдержать обещание, данное тете Оле, он должен спасти Танюшку.

В потоке все обострилось и ускорилось. От этой яркости на мгновение закружилась голова, словно бы Григорий хлебнул водки. А потом он услышал крики и выстрелы. Стреляли у часовни, и это было очень плохо.

Это могло означать только то, что Танюшка решила нарушить их план, решила начать все без него. Хватит ли у нее сил? Не ведьмовских, а самых обычных человеческих сил? Да, он сделал все, что мог: он плохо закрепил клепки на стяжках и не позволил Штольцу ввести Танюшке дозу лекарства, которое превращало ее в беспомощную куклу. Но он велел ей дожидаться его возвращения. А она что? А она, похоже, решила, что сумеет управиться в одиночку.