Усадьба ожившего мрака

На плечо легла ладонь, острые когти легонько царапнули кожу, дурманно запахло Стеллиным духами.

– Кажется, я переоценила свои силы. – Ее голос звучал слабо, но все равно достаточно бодро. – Так что ты там говорил про зайца?..

Влас усмехнулся. В этому сумасшедшем мире ему и женщина досталась с сумасшедшинкой.

– Прямо сейчас? – спросил он, глядя в ясные Стеллины глаза. Красные искры в них вспыхнули лишь на мгновение.

– Полдня еще, наверное, смогу потерпеть, а потом пойду на охоту.

Она поцеловала его в кончик носа.

Хотелось думать, что это потому, что стеснялась целовать прилюдно, а не из-за голода. Ничего, они потом со всем разберутся.

Наверное, голос Стеллы проделал-таки дыры в меховой шапке безмолвия, потому что теперь в мир снова вернулись краски и звуки.

Темный пес умирал на руках у Танюшки. Иле не умирал, а всего лишь прощался? Теперь у него было одна обычная голова и две костяные. Но красный свет горел лишь в глазах одной из трех. Только она тихо поскуливала и щурилась от ласковых Танюшкиных прикосновений.

А потом свет окончательно погас, по черной шкуре зверя пробежала дрожь. И все закончилось. Горыныч исполнил то, ради чего пришел в этот мир. Он защитил свою хозяйку и теперь мог вернуться к себе домой. Где бы ни был этот дом.

Хоронить Горыныча не пришлось. Земля все сделала за них, забрала Трехглавого точно так же, как забрала убитую им нежить. Власу хотелось думать, что для Горыныча она будет пухом, а для упыря камнем, бетонной плитой, сквозь которую не пробиться во веки вечные.

Когда макушки сосен позолотили первые лучи солнца, все было закончено.

Влас обвел взглядом свой маленький отряд: и людей, и не совсем людей, подумал, что на самом деле для многих их них все только начинается…

В ветвях старого каштана щебетали птицы. Ветви его задерживали яркий солнечный свет и до открытой террасы добирались лишь легкие блики. Григорий специально выбрал эту маленькую кофейню. Кофе отменный. Посетителей мало. Есть столик для курящих.

Да, к его человеческим привычкам прибавилась любовь к кофе.

Спасибо Стелле. Стелла учила его получать удовольствие и от жизни, и от не-жизни. Особенно после ухода Лидии…

Влас покинул этот мир в две тысячи десятом году. Наверное, у Стеллы было больше времени, чтобы смириться с утратой, а вот у него все никак не получалось…

Столько лет вместе! У них было всякое: и плохое, и хорошее. Как у любой нормальной пары. Как у Стеллы с Власом. Они прошли через боль и потери, репрессии и лагеря. Сначала Влас, потом Григорий.