Усмиритель душ (СИ)

— Нюйве оставалось только наблюдать за тем, как созданные ею люди гибнут один за другим: она даже не могла обратить их обратно в глину. Призраков тогда ещё не существовало, как и цикла перерождений: для людей, которых настигла смерть, это было последней точкой. Как говорил Шэнь-нун, смерть — это обернуться в ничто, вернуться в нечистые земли, где нет ни единого человека, оказаться отрезанным от мира, лишённым надёжды и всех эмоций и чувств. Смерти боялись все до единого, а в особенности те, кем в жизни управляла лишь ненависть: они не желали умирать, мирно закрыв глаза, и оказывались между жизнью и смертью — их души оставались блуждать в мире людей.

— Много крови пролилось в той войне, — Шэнь Вэй покачал головой. — Души тех, кто не мог отринуть прошлое, целыми днями витали в воздухе, завывая от страха и не зная пути к избавлению. Кто-то из них изжарился на палящем солнце, вернувшись к исходному хаосу, но остальные научились выживать по ночам, отчаянно страшась каждого следующего дня.

Замолчав, Шэнь Вэй посмотрел на себя самого — далёкую фигурку на земле.

— Только тогда Нюйва поняла, что сотворила не добродетель, а зло. Она подарила людям жизнь, яркую, но короткую, и они были хрупки и уязвимы, словно весенние цветы. А смерть обрекала их на вечные мучения — обжигающее солнце, незаконченные дела на земле и невозможность умереть по-настоящему.

Шэнь Вэй обернулся к Чжао Юньланю.

— Говорят, что новорождённые так горько плачут, потому что на один шаг приблизились к неизбежной смерти. Утратив свои божественные силы и не имея другого выхода, Шэнь-нун упросил тебя позаимствовать твоё духовное пламя, надеясь с его помощью усмирить жаждущие мести души, умершие на войне, унять их страдания и подарить вечный мир.

Трещина в небесах над их головами протянулась дальше, разрастаясь всё шире, и в ней показался кусочек неба, откуда пролился тусклый лунный свет.

Гора Бучжоу была на краю обрушения.

— Шэнь-нун нёс пламя твоей души в ладонях, — продолжил Шэнь Вэй, — и на горе Бучжоу столкнулся с Гун-Гуном верхом на водяном драконе. Не имея права свернуть с пути, дракон врезался в небесный столб, а его хвост ударил Шэнь-нуна по плечу, и тот выронил пламя твоей души. — Голос Шэнь Вэй дрогнул, и он холодно рассмеялся. — И оно упало к подножию горы Бучжоу — прямиком ко входу в нечистые земли. Об этом мне рассказал ты, и я не знаю, стоит ли этому верить.