В Объятиях Соблазна (СИ)

Последнюю фразу он бросил вскользь, обращаясь к Кристиану, но глядя прямо мне в глаза. Лорд побагровел от возмущения, желваки заходили на скулах. Кулаки его медленно сжались.

— Да как вы смеете, сэр⁈ — процедил он ледяным тоном. — Следите за языком в присутствии леди! Извольте немедленно удалиться!

Марко лишь рассмеялся — негромко, отрывисто, откинувшись на спинку стула.

— О, я смею гораздо больше, лорд Кристиан. Видите ли, леди Элизабет — моя давняя знакомая. Причем весьма близкая, если вы понимаете, о чем я.

Он впился в меня немигающим взглядом василиска:

— Что, дорогая, не ожидали? Думали, сможете водить за нос своего лорда? Увы, у вас ничего не выйдет. Не забывайте, кто вы и кому принадлежите.

Кристиан медленно поднялся, едва сдерживая ярость. Его лицо побелело, губы сжались в тонкую линию.

— Сударь, вы, похоже, лишились не только манер, но и рассудка! Как вы смеете делать столь возмутительные инсинуации в адрес мисс Элизабет⁈ Она порядочная девушка, а не ваша… собственность!

— Порядочная? — хохотнул Марко, сверкнув белоснежными зубами.

 — Позвольте усомниться, милорд! Видите ли, я располагаю некоторыми пикантными фактами о нашей скромнице. Фактами, которые она наверняка утаила от вас. Не желаете просветить кавалера, душа моя? Или мне самому огласить всю правду?

У меня похолодело внутри, к горлу подступила тошнота. Только не это! Сейчас Марко намекнет на бордель, выставит меня продажной девкой. И Кристиан с отвращением отшатнется, сочтет лживой потаскухой…

— Вы бредите, сэр! — выпалила в отчаянии.

 — Понятия не имею, на что вы изволите намекать! Наше знакомство не выходило за рамки приличий. И уж точно я ничего вам не должна. Прошу вас, оставьте нас в покое!

Голос мой жалобно дрогнул, глаза защипало от подступающих слез. Так хотелось провалиться сквозь землю — лишь бы не видеть разочарования и брезгливости во взоре Кристиана. Он смотрел на меня растерянно, почти умоляюще.

Марко торжествующе осклабился и церемонно поднялся из-за стола.

— Что ж, не стану более докучать.

Приятного аппетита, голубки. Если он у вас, конечно, ещё остался.

Затем он перевел тяжелый, немигающий взгляд на меня и одними губами процедил:

— Жду вас дома, Элизабет. И не вздумайте гулять допоздна. Не испытывайте мое терпение.

Оскалился напоследок и, поигрывая тростью, неспешно двинулся к выходу, провожаемый потрясенными взглядами. Грохот захлопнувшейся двери отдался во мне мучительной судорогой.

Воцарилась тягостная, звенящая тишина.