В Пустошах

В одиночку ей точно не преодолеть гиблые заболоченные Пустоши, кишащие злобными колдовскими тварями, и белый волчонок вряд ли сможет защитить ее, хоть его храбрости хватило бы на десяток взрослых волков. Про Вита в качестве защитника в тот момент Тая даже не подумала, хорошо, если парнишка сам не сгинет в этом отчаянном путешествии. И зачем только увязался за ней себе на погибель?

С такими невеселыми мыслями Тая продиралась через бурелом. И хоть Никайя находила для них самый удобный из возможных путей, он все равно был непрост для беременной девушки.

Приближение границы Пустошей почувствовали все без исключения. Никайя застыла, как вкопанная, вздыбив шерсть на загривке, сзади донеслось приглушенное рычание Рэя.

— Вот тебе и ответ на вопрос, чувствуют ли оборотни дыхание Пустошей, — зябко ежась, Тая подошла к замершему Виту и прошептала ему на ухо. Повышать голос у границы пустыря казалось не только неправильным, но и опасным, словно нарушать тишину чужого храма.

В облике зверей оборотни не могли разговаривать, и потому об их намерениях можно было лишь догадываться, но напряженные позы волков, прижатые уши и поджатые хвосты говорили лучше любых слов. Никайя нюхала воздух, подняв морду кверху. Таин нос тоже улавливал странные будоражащие запахи, не противные, но пугающие своей незнакомостью. Впрочем, к незнакомым запахам примешивался вполне себе известный и оттого еще более страшный для любого, кто хоть немного знаком с лесом.

Никайя в нерешительности застыла на краю Пустоши, там, где лесной бурелом обрывался, сменяясь унылым буро-серым пространством. Подле нее замер волчонок, также трепетно прислушиваясь к запахам Пустошей. Оборотница переступала с лапы на лапу, наконец, она решилась и вновь начала менять облик. И снова Вита вывернуло при виде волчьего оборота.

— Куда дальше? — закончив обращение, Никайя повернулась к спутникам, и Вит стыдливо отвернулся. Женщина была полностью обнажена, одежду она сняла еще в логове, и теперь парнишка нес ее в своей сумке.

— Тебе отдать твою одежду? — он пролепетал, не поднимая глаз.

— Обойдусь, — та лишь фыркнула в ответ.