В Пустошах

— Ты убьешь еще одну мою пару, Дар Ветер? Смотри, я же могу решить, что ты просто ревнуешь, — женщина пыталась говорить с иронией, но губы ее дрожали, а голос давал осечки. Она старалась не смотреть на рану в груди Рэя, куда Дар Ветер все еще не успел запустить хищные пальцы, чтобы вырвать сердце соперника.

Услышав знакомый голос, Белый волк встрепенулся, помотал головой, и потусторонняя сущность, что владела им, отступила, освободив носителя. Или хозяина? Дар Ветер снова стал похож на себя, разве только выглядел немного растерянным.

Все еще не решаясь отпустить свою жертву, Дар Ветер встряхнул Рэя, и тот зашипел от боли в порванной грудной мышце.

— Что ты мне предлагаешь, Никайя? Уступить? — Белый волк скривился и отшвырнул от себя тело поверженного противника. Рэй приземлился на пятую точку, опершись на отставленные назад руки, и остался в такой позе, не смея вставать на ноги. По груди его, по животу продолжала бежать горячая кровь, напитывая землю между его ногами.

— Отступись, — Никайя, чувствуя, что воинственный пыл охотника угас, заговорила увереннее.

 — Притворись побежденным, и никто никогда не узнает правду. Стае нужен вожак.

— Он слизняк, не достойный зваться вожаком! — Дар Ветер в сердцах плюнул в сторону Рэя. Тот набычился, но промолчал.

— Тогда займи сам это место! — глаза Никайи сверкнули, и Тае показалось, что в них промелькнуло что-то еще, кроме осуждения. Неужели, надежда?

— Я не вернусь! — он даже не проговорил это, а прорычал, и на миг потусторонняя тьма снова плеснулась в его ярко-желтых глазах.

Испугавшись, что та зловещая сущность, что помогла Белому волку одержать верх над противником, может вернуться, Тая решила вмешаться в разговор. Она во что бы то ни стало не должна была пустить ее обратно в душу любимого.

Девушка прижала руки к груди и встала между Дар Ветром и Никайей:

— А как же я, Дар? Я ведь пришла за тобой. Чтобы забрать тебя отсюда. Чтобы мы жили все вместе, ты, я, ребеночек и Альба, в маленьком лесном домике.

Как та избушка, что рядом с Иллархом, помнишь? Мы в ней ночевали перед тем, как ты ушел сдаваться Милхарду, — Тая проговорила, чувствуя, как слезы перехватывают ей горло. — Я ведь люблю тебя, Дар Ветер, ты понимаешь это?

Охотник не смотрел на Таю. Он низко опустил голову так, что седые волосы полностью скрыли его лицо. Покачал головой:

— Я не могу уйти с тобой, Тая. Не сейчас.

— Тогда возьми меня с собой! — слезы брызнули из глаз Таи.