Он провожает оценивающим взором объёмные формы очередной «трепещущей» перед ним девушки, что больше не спешит скрыться от дождя, попав под воздействие его пугающего обаяния: она дрожит от страха, учащённо дышит и, боясь подойти к нам ближе, пожирает Адама плотоядным взглядом издалека.
Просто обалдеть! Не могу поверить! Этого не может быть!
Они боятся, но хотят его. Нечто похожее испытываю и я, но мне не понять, как это может кому-то нравиться? Мне претит сама мысль, что кто-то заставляет моё тело испытывать то, что я сама никогда бы не была способна почувствовать к совершенно безразличному мне человеку.
Я же чуть было не отдалась ему как продажная шлюха, и этот ужасающий факт лишь свидетельствует о том, что вся моя реакция на него не что иное, как лживая иллюзия, толкающая меня подорвать свои нерушимые моральные принципы.
Я сосредоточенно слежу за каждым плавным, нарочито медленным движением мужчины, напоминающим красивые и грозные повадки тигра, готового в любой момент броситься в стремительную атаку.
Продолжая шагать из стороны в сторону, он даже не смотрит на меня, но дурное предчувствие, что постоянно овладевает мной в непосредственной близости Адама, предупреждает: стоит хоть на секунду отвести от него взгляд, как он тут же съест меня с потрохами.
– Ты сказал, если сам того хочешь? Так ты можешь это отключить? – нарушая недолгое молчание, любопытствую я, вселяя внутри себя радостный луч надежды, который тут же гаснет.
– Нет. Я такой, какой есть. Мне это не подвластно. Я имел в виду, что прислушиваюсь к истинным желаниям женщин лишь тогда, когда хочу этого, а не только получить собственное удовольствие, – его губы лукаво изгибаются.
– И часто ты хочешь их слышать? – Не знаю, зачем это спрашиваю. По всей видимости, язык тоже решил жить отдельной жизнью.
– Только в виде исключений, – снисходительно поясняет он.
– Мне кажется или это звучит эгоистично? – Хмурюсь не только от его ответа, но и от постепенно усиливающего напора дождя.
– Я и не говорил, что мои отношения с женщинами чаще всего не направлены сугубо на извлечение собственной пользы, но могу тебя успокоить: они остаются в восторге, даже когда я не думаю об их желаниях.
– Вот это самомнение! – иронично фыркаю.
– Скорее факт, подтверждённый жизненным опытом.
Да уж… даже представлять страшно, насколько велик его жизненный опыт.
– И что, не было исключений? Поголовно все оставались в восторге? – в точности копирую его нахальный тон.
– Да, – с полной серьёзностью отвечает он.
