В сентябре вода холодная

Да он и сам завелся, когда Женька обогнал «девятку» и стал останавливать. Демин своим «Ниссаном» зажимал ее слева, но водитель прибавил скорости и чудом вывернулся. Что было дальше – почти не помню. Короче, он удирал, мы обгоняли. Он уворачивался, мы – снова за ним. И вот, перед съездом на гравийку, прижали мы его окончательно. Думали – вот он, у нас в руках. Но нет…

– Формулируйте яснее.

– Водитель «девятки» съехал на поле и выехал на гравийку.

– Как поступили Демин и Хаустов? – Стерхова приготовилась писать, но вдруг заметила, что полковник Савельев, стоявший за спиной Большакова, подал ей знак.

– Выйдем. Надо поговорить.

Стерхова кивнула конвоиру, чтобы присматривал, и вышла вслед за Савельевым в коридор.

– Ты назвала фамилию Демин. У начальника следственного отдела в Урутине такая же. Они однофамильцы?

– Если бы… – проронила Анна.

– Скорей всего – да.

– Это все усложняет, – сказал Савельев.

– Пока только косвенные.

– Стерхова! Найди доказательства!

– А мы с вами чем сейчас занимаемся? – устало поинтересовалась она.

– Понял и осознал, – согласился полковник.

– Драться не будете?

Вернувшись в комнату, Стерхова уселась за стол и продолжила:

– «Девятка» съехала на гравийку. Какими действиями на это отреагировали Демин и Хаустов?

– Поехали за ней и пару раз обогнали, потом просто ехали сзади и гнали вперед.

– Почему прекратили обгон?

– Хаустов поймал камень, побил лобовое стекло. Позвонил и сказал, что батя его убьет. Валерка тоже берег машину.

– Рассказывайте, что было дальше.

– «Девятка» не вписалась в поворот и врезалась в дерево. Мы тоже остановились, побросали машины и – к ней. Подбегаем и видим такую картину: у бабы, которая сидит на пассажирском сиденье, из горла фонтаном хлещет кровь, мужик бубнит: «Юля, Юля не умирай» и жмет ей на шею. А что там жать? Рана – от уха до уха, и вся она в стеклянных осколках.

– Пытались ему помочь?

– Да где там! Говорю: рана у нее была от уха до уха. Короче, минуты через две она умерла, и этот психованный стал шмалять.

– Фамилия погибшего Савельев, – сказала Анна. – Так его называйте.

– Савельев достал из бардачка пистолет и стал стрелять через открытую дверь.

Стерхова записала в протокол несколько строк и подняла глаза на Большакова:

– Сколько выстрелов сделал Савельев?

– Два. Первым стоял Басов, обе пули угодили ему в живот. Ну мы, значит, врассыпную. Савельев выскочил из машины и произвел еще несколько выстрелов, на этот раз подстрелил меня.