В тайге ночи тёмные

Это тогда для него слова «беременна» и «ребенок» были своего рода стоп-словами, услышав которые интерес к женщине пропадал моментально. А сейчас… сейчас все изменилось. Но Лиза… Всё упирается в Лизу. Она не поймет этого.

Лиза меж тем вернулась к себе и прямиком отправилась в кровать. Силы закончились. Хотелось поскорее заснуть, забыться, провалиться в темноту и пустоту. Как бы она ни старалась, как бы ни пыталась, увы, ничего не вышло. Он все вспомнил и он снова здесь, и что хуже всего, он хочет общаться с Пашей. Как она будет бороться с этим зубром, неясно.

Пока у нее есть один главный козырь — это юридическая бесправность Соколова, по закону он не имеет никаких прав на Пашку, и чтобы что-то доказать, ему нужно пройти тест-анализ ДНК на отцовство. А он пройдет, если захочет, и его ничто и никто не остановит. Так что, тут лишь вопрос времени.

И только глаза начали закрываться, как Лиза резко подскочила и помчалась в ванную. Очередной ее дурости не было оправдания. Они ведь не предохранялись! Уже стоя в душе, бедняжка материла Соколова на чём свет стоит, правда, шепотом.

Урод опять ни о ком не подумал кроме себя, кроме своих прихотей. Но она тоже хороша, расслабилась, покорилась точно одалиска великому султану. У нее же овуляция вот-вот наступит. Не хватало еще раз на те же грабли угодить. И уж эти грабли ударят куда больнее.

Уснуть получилось только к четырем утра, Лиза просто рухнула в кровать и провалилась в сон. А утро началось с Пашкиного смеха и жужжащей машинки, которая без конца куда-нибудь врезалась.

И все бы ничего, если бы не хрипловатый мужской голос, раздавшийся следом за смехом сына.

— Ты ровнее старайся, ровнее, — прозвучало подозрительно близко.

Лиза в ту же секунду распахнула глаза. Соколов сидел у нее в ногах и руководил процессом управления машинкой.

— Какого черта ты здесь делаешь? — уставилась на него припухшими глазами.

— Сижу, — пожал плечами.

— Ну, нет, — приподнялась, — это уже никуда не годится. Здесь не твоя территория, Соколов.

— Можно тебя попросить об одной маленькой услуге, — и поджал губы.

— Называй меня по имени. Я же не величаю тебя Лавровой. Кста-а-а-ати, — и поймал мимо пробегающего Пашу, усадил рядом с собой, — а ты знаешь, я кое-что вспомнил. Хочешь расскажу?

— Хочу, — расплылся улыбкой.

— Не смей! — выпрямилась Лиза.

— Паш, я вспомнил, как меня зовут, — перевел на нее суровый взгляд.

— Женя. Так что, будем знакомы еще раз? — протянул ему руку.

— А я Паса, — пожал ту в ответ. — Паса Семенович Лавлов.