В тайге ночи тёмные

— Слабые оправдания, чтобы не ехать, — прислонился к балке, поддерживающей крышу веранды. — Ей с вами будет проще, привычнее. Да и Пашка, он вас любит. Раз считаете, что тогда ошиблись, так почему сейчас не поступить правильно?

— Нет, — и затушил сигарету о днище консервной банки. — Все мы, Евгений Федорович, в чем-то эгоисты. Мой эгоизм в нежелании покидать дом, которому я отдал столько лет, который своими руками сделал пригодным для жизни. И что же? Отдать его теперь в руки какому-нибудь пьянице, который убьет здесь всё? Я уеду, так они нового егеря пришлют.

Меня ждать никто не будет. Прошлый егерь как раз и довел дом до состояния лачуги. Будь я не уверен в тебе, то сделал бы все, но дочь с внуком не отпустил. Но я уверен. Ты мужик со стержнем, не бросишь их. Главное, не дави на неё.

— Постараюсь. Не давить.

— Постарайся, — окинул взором угрюмые ели. С таким диагнозом, как у него, бессмысленно даже рыпаться. А начинать все это лечение — только кровь портить окружающим.

Дочери надо свою жизнь поставить на рельсы, наладить отношения с отцом ребенка, заниматься сыном, а не сидеть около его койки с заплаканными глазами. Вроде и рано помирать с одной стороны, но с другой, значит, столько отмерено, значит, судьба. Болезнь не спрашивает, когда приходить, она просто приходит и делает свое чёрное дело. Был бы, какой попроще недуг, или хотя бы одна почка плохая, может, и имело бы смысл бороться. В его же случае проще оставить все как есть.

У него было время подумать, прикинуть варианты, поизучать информацию в интернете. Пересадка удовольствие крайне дорогое. И откуда брать деньги? У Соколова просить? Мол, раз дочку пригреть готов, то и его вдогонку вылечи? На такое он не пойдет. Да и риск отторжения велик, особенно у возрастных пациентов. А диализ то еще «удовольствие». Это несколько многочасовых процедур в неделю. Вывод, придется в любом случае перебираться в город, где искать жилье и просто жить от процедуры до процедуры, и все равно сдохнуть, не дождавшись спасительной пересадки.

Лучше уж пусть государство молодых спасает, детей.

Вечером Лиза еще раз попыталась убедить отца поехать с ними, но без толку.

— Тогда и я не поеду, — уставилась на него негодующим взглядом.

— Дочь, повторяю снова, я справлюсь.

— Лет пять, шесть назад да, ты может и справился бы. Но не сейчас.