В тайге ночи тёмные

Если согласится, то, как оно все будет? Срываться с насиженного места как минимум не хотелось, а как максимум, было страшно. Она привыкла жить в лесу. Здесь все просто и понятно, здесь у нее налаженный быт. С отцом тоже непонятно, захочет ли он все бросить и поехать с ними? Оставлять его здесь одного вообще не вариант. И потом, что её с сыном ждет в доме Евгения? Что, кроме комфорта? Голова откровенно трещала по швам.

— Привет, — в кухню зашел Соколов. — Тебе помочь?

— Расставь тарелки, если не сложно.

В воздухе меж тем помимо ароматов еды так и витало напряжение.

Он явно ждал, она явно не хотела начинать разговор. Но оба понимали, поговорить придется.

— Как дела на работе? — все-таки нарушила молчание.

— Пока порядок, — после тарелок взялся за приборы. — Но через неделю у меня должна состояться первая встреча. С хозяином ФербисДойч.

— Все-таки добился? — глянула на него мельком.

— Да, тучу времени и сил убил на них. Теперь дело осталось за малым. Заключить контракт и начать поставки.

— Лиз, ты подумала? — раз уж сама заговорила, значит, готова.

— Я думала, все дни. Может, тебе стоит полететь в Москву одному? Решить все важные вопросы, а уж потом…

— Даже не начинай, — звякнул вилкой, — на расстоянии у нас ничего не выйдет.

— Ну, мы же условились, с Пашей ты спокойно можешь общаться.

— А с тобой? — уставился на нее тяжелым взглядом.

— Со мной не обязательно, — произнесла так сухо, что у Соколова следом пересохло в горле.

— Опять за своё? Опять хочешь, чтобы я упрашивал?

— Нет, не хочу, — посмотрела ему в глаза.

— Я сомневаюсь, что смогу испытать к тебе нечто большее, чем есть сейчас.

— И что же есть сейчас? — а по спине побежал противный холодок, таких слов он не ожидал.

— Не важно… — поспешила вернуться к столешнице, где ее дожидался хлеб.

— О нет. Раз уж сказала А, говори и Б, — встал за спиной.

— Ну, коль так просишь, — произнесла на выдохе, — четыре с половиной года назад я тебя любила, Жень. Можно сказать, болела тобой. Как маленький пёсик, который переминается с лапки на лапку, машет хвостиком, поскуливает в надежде, что хозяин его погладит.

Но когда всё случилось, я похоронила свою любовь к тебе, живьем закопала. И вот она задыхалась, умирала медленно, мучительно. И однажды стихла. Больше её нет … той любви. Все эти дни я думала, как поступить правильно. В первую очередь для Пашки. Наверно, правильнее будет просто оставить все как есть. Ты будешь с ним общаться, если хочешь, а я… я не буду мешать.