Вдовствующая герцогиня замка Оргарон

– Кузина! – прогремел он. Его голос был не просто басом; это был низкий, сочный гул, исходивший из самой груди и заставлявший вибрировать воздух. Казалось, дрогнули не только стекла, но и золотые рамы на стенах. Патрик протянул свободную руку – ладонь была широкой, с короткими толстыми пальцами, – явно намереваясь схватить мою для рукопожатия или даже похлопать по плечу. – Рад встрече!

Моя улыбка застыла на лице, став чисто механическим движением мышц. Я едва успела подать Патрику кончики пальцев, избегая мощного захвата.

– И я несказанно рада, кузен Патрик, – прозвучало из моих уст с натянутой сладостью, – истинно рада видеть вас и тетушку Абигайль в таком прекрасном расположении духа. – Слова "несказанно" и "истинно" были произнесены с чуть большим напором, чем требовалось, выдавая мое отчаянное желание, чтобы эта "радостная" родственная сцена поскорее завершилась.

Боковым зрением я заметила Ричарда. Он стоял все там же, у косяка, но теперь его поза была еще более расслабленной.

Один уголок его губ был чуть приподнят в едва уловимой, но совершенно отчетливой усмешке. Его глаза, блестящие от нескрываемого развлечения, были прикованы к моему явному дискомфорту. Я готова была побиться об заклад – этот гад не просто радовался моему конфузу, он наслаждался им как тонким, ироничным спектаклем. Весь его вид кричал: "Ну что, моя дорогая, как тебе твои внезапные родственники и перспектива близкого общения с медвежонком?"

От общения с дражайшими родственниками меня спасла хозяйка дома.

Ее вмешательство было своевременным и искусным. Она скользнула к нам, как тень, в своем золототканом платье, и легким касанием руки на запястье тетушки Абигайль мгновенно переключила на себя ее внимание.

– Дорогая Абигайль! – ее голос, мелодичный и властный, перекрыл бас Патрика. – Вы просто обязаны посмотреть на новый портрет моего внука в галерее! Мастер Линвор творил чудеса… – И уже увлекая мою ошеломленную родственницу за собой, она бросила сыну быстрый, почти незаметный взгляд.

Теперь Витор стоял передо мной, заполняя собой все пространство. Он был высок, но не грузен, как Патрик, а строен, с узкими бедрами и широкими плечами, подчеркнутыми идеальным кроем темно-бордового фрака. Ткань – вероятно, дорогущий картантар – отливала глубоким рубиновым блеском при свете магических шаров.