Вечный воин

Затем я отобрал почти две сотни самых крепких во всех отношениях воинов, разделив их на две партии, потому что за раз перевезти всех не могли лодки, имеющиеся у нас. Остальным моим подчиненным и восточным готам под командованием Теодомира было приказано в начале ночи незаметно сплавить мост ближе к пристани, сконцентрироваться на левом берегу напротив городских ворот и вести себя предельно тихо. Кстати, восточные готы, среди которых было много древних славян, переняли у последних особую любовь к засадам, умение прятаться, двигаться бесшумно.

Жизнь в лесах небольшими родами приучала брать не числом, а умением.

Ночь выдалась темная. Молодая луна поторчала на небе примерно до полуночи, а потом спряталась. На реке сразу началась движуха. Сперва две лодки быстро умчались вниз по течению, увозя людей. Кто это были, военные или гражданские, не разглядел, но подумал, что есть же такие счастливцы, ускользающие от беды буквально перед самым ее появления. Иногда их судьбу решают доли секунды. Был у нас в мореходке один долбанутый командир роты.

Как-то любящие курсанты скинули ему на голову с пятого этажа пудовую гирю, которая упала сразу за его спиной, выбив в асфальте приличную лунку. Поскольку везет только дуракам, я тогда сделал вывод, что от умных их отделяет порой всего один шаг.

Лодок снизу пришлось ждать около часа. Они двигались вдоль правого берега, более высокого, возле которого и глубже было. Весла, видимо, обмотали тряпками, потому что почти не слышал всплесков, и гребли, не пользуясь уключинами, чтобы веретеном не тереться о борт лодки и не шуметь.

Так грести труднее, зато тише. Мне показалось, что лодок было тринадцать, но мог ошибиться. Как только последняя удалилась от нас метров на двадцать, я приказал спускать на воду наши. Возле левого берега река была мельче. Бредя по колено, можно было добраться почти до середины ее, где дно резко шло вниз. Там мы и погрузились в лодки и погребли к пристани. Гребцы были не такие опытные, как аборигены, шумели сильнее, но привлечь внимание гуннской армии мы не боялись.

Шедшая первой, моя лодка приткнулась к пристани метров на тридцать ниже последней вражеской, с которой уже выгружали мешки и корзины, наверное, с провиантом. Я первым ступил на каменный причал. Щит держал перед собой, готовым отразить нападение, а на копье опирался, как на посох, давая понять, что сам атаковать пока не собираюсь. Соратники выбирались на сушу быстро и молча, накапливались рядом со мной.