Вечный воин

Несмотря на то, что последние часы ехала на лошади боком, дневные наслаждения еще не выветрились из ее тела, завелась быстро. Мне почему-то захотелось, чтобы она видела, как все будет происходить, поэтому встал на колени между ее согнутых, белых ног, покрасневших на внутренней стороне бедер, подняв их и задрав подол, оголивший белое тело с густой белесой растительностью на лобке, и ввел член между покрасневшими и припухшими, растертыми губками, в упругую, девственную мякоть, горячую и сочную. Хильда не вскрикнула и даже не дернулась.

Мне показалось, что на лице ее было удивление. Наверное, ждала чего-то другого, более хорошего или плохого, не знаю. Только когда надавливал на клитор, чтобы сделать ей приятно, губы девушки дергались еле заметно. Когда я кончил и вышел из Хильды, улыбнулась счастливо, хотя точно знаю, что до оргазма ее не довел, в отличие от мерина вчера днем.

Поправив подол рубахи и закрыв нижнюю часть тела и бедра, она спросила:

— Зачем ты спас меня?

— Понравилась, — коротко ответил я, ложась рядом.

Ответ пришелся девушке по душе, прильнула ко мне всем телом.

На самом деле это не вся правда. Наверное, сыграло роль и жлобское желание получить все-таки обещанное вознаграждение, и хулиганское — украсть невесту у самого Атиллы. Если окажусь в Западной Европе, когда там будут называть предводителя гуннов Бичом божьим, у меня появится причина улыбнуться высокомерно и даже презрительно.

Переправившись через Дунай и оказавшись на хорошей римской дороге, мы поехали днем.

Присоединились к большущему купеческому каравану, который следовал на ярмарку в Фессалоники, начинавшуюся в конце октября. Хильду, сменившую амплуа с раба на жену богатого воина и одетую под стать положению, благодаря визиту на рынок Виминация, я пристроил пассажиркой на арбу, нагруженную овечьей шерстью. Лежать и сидеть в любой позе на мягком все-таки удобнее, чем трястись в седле, пусть и дамском. Хозяин арбы был рад, что рядом с ним едет хорошо вооруженный и защищенный, конный воин, который уж точно не даст в обиду свою жену, а заодно и его товары, если нападут разбойники.

В Наисе мы расстались с этим караваном, отправившимся дальше на юг, присоединились к другому, поменьше, следовавшему на юго-восток, в Константинополь через Сердику, Филиппополь и Адрианополь. Я опять вез по этому маршруту женщину, которая нравилась мне больше, чем предыдущая, только не в возке, а в арбе с холщовым тентом, нагруженной мешками с мукой.