Ведьмина тайна

Противно каркающий голос Верховной и бесконечно сменяющие друг друга картины моего «волшебного» прошлого. Падающий лицом вниз, снова и снова, отец Вальпургий. Шефа, кутающаяся в теневые крылья. Наливающиеся кровью глаза «нетопыря» и багровые следы взглядов-«прожекторов», скользящие по телам каменных идолов. Глон, объятый пламенем, превращающийся в нечто с виду человекообразное, но с красными глазами и тремя собачьими хвостами.

И – темнота. И тени бабочек – повсюду тени крупных, искрящихся серебром крыльев.

И опять Гульнара – смеющаяся, без шляпы, сверкающая красными глазами. И я, глядя на проклятую, нажимаю на кнопку диктофона и кричу в динамик: «Аноквосагенало!», а ответом – мёртвый голос Ланы: «Ищи ведьму на середине… А если ты не против бабушки…» И Яга ухмыляется беззубо со стены, поглаживая Кота. А письма выскальзывают из ящика и крыльями бабочек пришпиливаются к стенам – тропой от пола до потолка. И мои старые обои исчезают, сменяясь газетными вырезками и учебными шпаргалками.

И символы «компаса», обжигая, расползаются по моему телу колдовской ветрянкой. И…

Я проснулась в холодном поту – с одним ощущением и двумя дельными мыслями. Ощущение – прежнее, будто я не спала ни минуты. А мысли – да, очень дельные.

Часы показывали десять утра, и Марьяна уже улетела, не оставив после себя даже смятого плющевого листочка. По старым светлым обоям скользили солнечные лучи, и, посмотрев на них, я вспомнила газетные вырезки и поблагодарила дурной сон.

Надо было сделать это сразу после знакомства с Гульнарой. Надо найти её квартиру – ту, где она работала и жила перед исчезновением. Уверена, там полно зацепок – хотя бы по объёму работы. Плохо, что меня так нечисть запугала… и хорошо, что сном навеяло.

Кстати, надо попросить у Марьяны то чудодейственное снотворное зелье… Не то крышей же уеду и пропущу самое интересное – не узнаю, кто прячется за маской таинственной отступницы. И не пойму, жива ли проклятая.

После завтрака, загодя переодевшись в уличное и собравшись варить кофе, я позвонила Бахтияру.

Думала, он опять меня продинамит – или будучи по уши в делах, или отсыпаясь после ночных подвигов, или снова лишившись телефона, – но заклинатель удивил, взяв трубку после первого же гудка.

– Привет, – я сразу перешла к делу, – ты квартиру сестры осматривал?

– Конечно, – и Бахтияр явственно сдержал зевок. – Ничего особенного не нашёл. Тряпки, амулеты, зелья.