Венец безбрачия белого кролика

Потом дядя скончался, тетя продала трехэтажную дачу, купила квартиру в Москве и переехала. Меня она не любила, считала, что муж слишком много времени тратит на чужого ребенка. И нелюбовь плавно перетекла в ненависть, когда вскрыли завещание и выяснилось, что профессор оставил мне внушительную сумму, да еще как приложение к ней — письмо с объяснениями. Я его прочитал и узнал: тетка злилась, что муж приобретает литературу, а у нее шубы нет. Когда супруг в очередной раз принес какое-то издание, она кинула его в печь.

Я не помню, чтобы Андрей Викторович когда-либо скандалил с женой. А вот у Зои Павловны был базарный характер, чуть что, она принималась орать, топать ногами, швыряться предметами… Я с тех пор не перевариваю истеричных особ. И поражался терпению дяди. Но видно, Зоя Павловна сумела профессора разозлить, поэтому деньги достались мне, а дача — супруге. На волне гнева вдова начала сбрасывать книги покойного на пол, часть она порвала, потом устала, легла спать, пообещав: «Завтра найму мужиков, они все это дерьмо на улицу отволокут и сожгут». Я, здорово напуганный ее варварским планом, всю ночь таскал тома и прятал их в избе у приятельницы. Перетащил все! Утром Зоя увидела, что полки пусты. Что тут началось! С тех пор мы не общаемся. Слава Богу, моя жена — другой человек. Она боится насекомых, для нее зайти в музей — это подвиг. Но Арти проявляет интерес к моему увлечению.

Семен Сергеевич показал на стеллаж у окна.

— Библиотека слева в основном заполнена книгами дяди. А справа то, что я сам купил, литература по энтомологии.

Арти ее несколько лет назад начала читать, прилежно тут сидела довольно долго. Потом призналась, что ничего запомнить не может, путается в латинских названиях, вздрагивает при виде картинок, фото. Но! Она непременно победит страх, потому что хочет помогать мне в моих увлечениях.

— У вас замечательная жена! — воскликнул я.

— Да. Мне на редкость повезло, — согласился Семен. — И вот что интересно! Мы знакомы с детства. Арти проводила в Полоскине лето.

Я едва не вскочил на ноги, но сумел усидеть в кресле, а вот с языком не справился, переспросил помимо воли:

— Это деревня в Подмосковье, — уточнил хозяин, который расценил мой возглас как обычный вопрос, — там была дача дяди. Арти приезжала на лето к родственникам. Я старше супруги, но во время каникул на природе возраст особого значения не имеет. У нас сложилась разношерстная компания. Я был самый старший, остальные в моем понимании мелюзга.