Верни мне себя

– Решать? – переспрашивает возмущённо и возвращает взгляд к моему лицу. – Как именно вы хотите решить этот вопрос, Янис?

Яна сжимает челюсть, а пальцами ещё сильнее впивается в подушку. Она выпрямляется, словно готовясь к сражению, и упрямо вздёргивает подбородок. Пытается скрыть за маской уверенности нарастающее напряжение.

– Если вы прилетели говорить со мной об аборте, то сразу скажу, что этого не будет. Но я и не стану настаивать на вашем отцовстве. Я принимала это решение с полным пониманием, что возможно буду нести всю ответственность за ребёнка одна.

Её слова на миг оглушают меня. Аборт? Эта дура решила, что я думаю об аборте?

Я не намерен слушать эту речь дальше, поэтому резко перебиваю её:

– В процессе зачатия участвуют два человека, а значит и несут ответственность за дальнейшую жизнь ребёнка оба родителя, – стараюсь говорить сдержанно. – Я прилетел, чтобы мы поговорили на эту тему. Я ведь не знал, когда ты узнала об этом, не знал, какие у тебя мысли и желания. Переживал, что возможно ты хочешь сделать аборт, не желая растить ребёнка без отца.

Мои слова явно сбивает Яну столку. Она смотрит на меня растерянно и старается быстро всё проанализировать.

– И вас не злит факт, что я приняла решение без вас?

– Злит! Но злит не решение, которое ты приняла. А то, что ты делала это одна, будучи уверенная, что мне нет до этого никакого дела.

Она прикусывает нижнюю губу, опускает взгляд на чашку и, потянувшись к ней, берёт её двумя руками. Выглядит так, будто ожидала и готовилась к другому разговору и теперь не понимает, как себя вести со мной.

– А вам есть дело до этого? – спрашивает после недолгих раздумий. – Или до меня?

Бестия поднимает на меня взгляд, в котором считывается недоверие. Пытается найти ответы в моих глазах. И этот её взгляд успокаивает всех демонов внутри меня и оставляет одно лишь желание – обнять и успокоить.

– Больше, чем ты можешь себе представить.

Положив посуду на стол, она поворачивается и берёт аптечку за своей спиной.

– Невозможно смотреть на ваши раны, их нужно обработать, – говорит тихо и тянется ко мне. – Предупреждаю, может немного щипать.

Я киваю, давая ей добро. Она осторожно подносит ватный диск к моей щеке и начинает обрабатывать царапины. Лёгкое жжение от перекиси смешивается с нежностю её прикосновений.