Верни мне себя

– Как я понимаю, детей мы не планировали? – продолжает она разговор.

– Нет, – отвечаю честно. – Это получилось случайно.

– Может, я говорила вам что-нибудь о материнстве и детях?

– Почему ты спрашиваешь?

– Думаю, что, если я втайне мечтала родить ребёнка от вас, и прощупывала почву? – делится со мной своими предположениями.

Они меня забавляют. Если бы Яна, которую я знаю, чего-то хотела – она бы прямо об этом сказала.

– Нет, – усмехаюсь я. – Ничего подобного не было. Лишь однажды ты призналась, что тебе нравится заботиться о брате, но себя в роли матери не видела.

Так как считала, что дети должны рождаться только по любви, а сама не верила, что кто-то сможет искренне полюбить тебя, а ты – его.

Вспоминаю этот момент. Мы сидели в моей мастерской на полу, ужинали, о чём-то увлеченно говорили и плавно перешли к разговору о детях и семье. Тогда Яна и поделилась со мной сокровенными мыслями. А я смотрел на неё, слушал внимательно, и думал о том, какой бы прекрасной мамой она могла бы стать.

И испытал жгучее желании увидеть её в этой роли.

В тот момент я и осознал, что чувствую к ней гораздо больше, чем когда-либо чувствовал.

Яна грустно улыбается. Отстраняется от меня и меняет ватный диск на новый.

– Хочешь рассмешить Бога – расскажи ему о своих планах, – с досадной цитирует всеми известную фразу и вновь принимается обрабатывать раны на лице.

– Почему же? По-моему, всё так, как ты и хотела, – я наблюдаю за ней с наслаждением.

Такая нежная и заботливая, хотя недавно собиралась утопить меня в ледяной воде.

Не удержавшись, касаюсь её щеки.

– Всё по любви, – произношу тихо, почти шёпотом и расплываюсь в едва заметной улыбке.

Яна замирает. Да что уж там, всё вокруг замирает от такого близкого расстояния с ней. Мне кажется, что я слышу её учащённое сердцебиение.

– Признаюсь честно, – бережно поглаживаю её нежную кожу. – Мысль, что у нас будет ребёнок, мне очень нравится.

Бестия молчит.

Нервно сглатывает. Её губы слегка приоткрываются, чтобы что-то сказать, но видимо слов не находит. Её глаза начинают блестеть. Не от счастья и радости, нет. От накативших слёз, которые она пытается сдержать.

– Что, если я вас никогда не вспомню? Есть вероятность, что часть памяти никогда ко мне не вернётся. Что тогда? Вы будете рядом с ребёнком? – вглядывается в мои глаза.

Какой глупый вопрос.

– Я не буду рядом с ребёнком, Яна. Я буду с вами.