Весь Гарднер в одном томе

— Нет, — отозвалась мать сухим, как шелест кукурузы, голосом. — Я сама этим займусь. Ты не знаешь, где что находится.

Она отодвинула стул и прошла на другую сторону кухни, к буфету. Открыв дверцу, она достала громадную кофемолку и коробку. На ее лице не отражалось никаких чувств, но она двигалась так, словно очень устала. У нее были плоская грудь, плоские бедра и плоские стопы, которые лишали ее шаги эластичности. В ее поведении сквозили уныние и подавленность.

Девушка повернулась к Мейсону и улыбнулась ему полными, красивыми губами.

— Вы из полиции? — спросила она.

Мейсон покачал головой:

— Нет, я адвокат Перри Мейсон и здесь по просьбе миссис Белтер. Это я вызвал полицию.

— А-а, — сказала Нора Вейт. — Я слышала о вас.

Мейсон повернулся к ее матери.

— Вы неважно себя чувствуете — может быть, лучше мне заварить кофе? — предложил он.

— Нет, — ответила она таким же сухим, бесцветным голосом. — Я справлюсь.

Она насыпала в емкость кофе, налила в кофеварку воды и, подойдя к кухонной плите, зажгла газ.

Некоторое время она смотрела на кофеварку, а потом все тем же тяжелым шагом вернулась к своему стулу. Села, сплела руки на коленях и застыла, уставив неподвижный взгляд в стол.

Нора Вейт подняла взгляд на Мейсона:

— Боже, это было ужасно!

— Вы не слышали выстрела? — спросил он между прочим.

Девушка покачала головой:

— Нет, я спала как убитая. Откровенно говоря, я проснулась только тогда, когда пришел один из полицейских. Они позвали матушку наверх и, наверное, вообще не знали, что я сплю в соседней комнате.

Они хотели осмотреть служебные помещения, пока матушка находилась наверху. Я проснулась и вижу, что рядом с моей постелью стоит какой-то мужчина и пялится на меня.

Она опустила глаза и тихо захихикала, давая понять, что не считает приключение особенно неприятным.

— И что? — спросил Мейсон.

— Они вели себя так, точно поймали меня с дымящимся револьвером в руке. Велели мне одеться, не спускали с меня глаз даже тогда, когда я одевалась.

Потом взяли меня наверх, на допрос.

— И что вы им сказали? — заинтересовался Мейсон.

— Правду. Что я легла спать и сразу же заснула, а когда проснулась, то этот полицейский стоял рядом с моей постелью и пялился. — Довольная собой, она через минуту добавила: — Они мне поверили.

Ее мать продолжала сидеть, сплетя руки на коленях и уткнув взгляд в стол.

— И вы ничего не видели и не слышали? — продолжал расспрашивать Мейсон.