Ветер и вечность. Том 1. Предвещает погоню

– В известном смысле так и есть, сегодняшней ночью я буду занят.

– Ты впал в унарство или, наоборот, повзрослел?

– Я дал слово и обзавелся кусочком сердца. Не слишком большим, но с непривычки все равно трудно. Кстати, о ночных визитах, когда ты решил прорубаться к Фердинанду?

– Число вылетело из головы, но пару дней на раздумья у меня было.

– Как ты теперь выражаешься, «вот как»?

– Эту присказку я позаимствовал у Бруно и, кажется, заразил графиню Савиньяк. Правда мило?

– Восхитительно. Скольких дам ты успел осчастливить за время раздумий о Фердинанде?

– Ты ее видел в первый и последний раз, она оказалась одна и ни о чем тебя не спросила?

– Призрачные прогулки склоняют к ясновиденью.

– Отправь к нему Раймона, пусть проверит.

– Подтверждения одного безумия. То, что женщина тебе подвернулась после того, как ты решил сорвать казнь, уже доказательство, хоть и хлипкое.

– Я все еще умею удивляться. Рассказывай.

Вино льется в стаканы, сгорают свечи, за окнами надрывается метель. Отличная погода для всего, кроме дороги, но дорога будет. Дорога, метель и оставленная незапертой дверь.

– Странности перекликаются, как птицы, – Рокэ, как и прежде, смотрит на огонь сквозь вино. – Она спала, я бросил на скатерть Звезды Кэналлоа и подумал, что никто больше в ловушку Леворукого не попадется… Так что ты разгадал?

– Возможно, и ничего.

– Сам не знаю. Марсель в Лаик видел тебя и был впечатлен. Допустим, кого-то из не самых умных эсператистов осчастливил твой предок, а зеленые глаза Леворукому подарил великий Коро. Остается решить, кто убивал на Винной улице. Спутники это делают иначе, выходцы уводят… правда, я устроил там приличные ворота из дурных смертей, грех было бы не заглянуть.

О том, что графиню Савиньяк от шоколада со вчерашнего дня мутит, Маргарите-Констанции узнать было неоткуда, зато старая дама уяснила, что гостья не любительница травяных отваров. В принесенной служанкой записке предлагалось отдать должное «напитку королев», и Арлетта сочла за благо согласиться.

Визит начался очень мило. Графиня Альт-Гирке, отложив пяльцы, довольно изящно поднялась с кресла и просияла улыбкой, кажется, вполне искренней.