Ветер над островами

Куда их нам?

— Коняшки-то… — задумчиво поскреб в бороде барыга, — …коняшки негрские, так? Откуда у вас?

— С бою взяли, — ответил я, решив больше не изображать из себя немое изваяние. — Они обоз у нас побили, а мы с них коней взяли.

— Вот как? — остро глянул на меня из-под брыля барыга.

Затем его взгляд быстро проскакал по мне, задержавшись на неприлично короткой бороде, затем с лица на оружие, потом на руки, но больше он ничего не сказал. Затем он вновь повернулся к лошадям и взялся за осмотр. Смотрел быстро, ловко, не церемонясь.

Я-то до сих пор их немного побаивался — барыга же бестрепетно лез пальцами им в зубы, задирал копыта, нажимал пальцами куда-то в подбрюшье, отчего лошади дергались и фыркали, и делал еще великое множество непонятных мне манипуляций. И лишь минут через пятнадцать опять обернулся к нам, вспотевший и покрасневший, снял шляпу, утер лысину платком, более похожим размерами на наволочку, вытащив его из кармана, и сказал:

— Если сразу, то по пять червонцев дам за каждую.

Если не всех продавать будете, то цену за голову отдельно дам. Или могу на продажу поставить и тогда пятую часть возьму с цены. Выбирайте.

У меня появилось стойкое ощущение, что торговаться надо, но, поскольку я понятия не имел, какие тут на лошадей цены, эта мысль так и осталась мыслью. Вера же спросила:

— Сейчас платишь? Не скажешь потом, что денег нет, а сам занимать побежишь?

— Тут не сомневайтесь, барышня, — решительно заявил барыга и приподнял на ремне увесистую сумку из толстой кожи, висевшую у него на боку.

Он тряхнул ее, и в сумке сочно звякнуло. А барыга добавил:

— Как по рукам ударим, так и рассчитаюсь сполна, без обмана. А полковник про бой ваш знает уже?

Как я понял, последний вопрос был с ловушкой, но Вера ответила, не смущаясь:

— Должны были доложить уже. Мы о том объездчикам сообщили. Да и сами к нему зайдем, проверим.

— Кому сообщили-то, если не секрет? — чуть прищурившись, спросил барыга.

— Такой, невысокий, с бородой до пуза, в черной шляпе.

По дороге на Торг в объезде, — ответила Вера спокойно.

— Знаю, — кивнул барыга, — Лука это. Хорошо, что сказали.

Видать, какую-то проверку мы тем самым прошли, потому что без долгих разговоров они с Верой ударили по рукам, а затем он полез в свою переносную кассу, из которой отсчитал девочке десять золотых червонцев и пригоршню серебряных монет, в рубль и два рубля достоинством, и даже досыпал каких-то крупных медяков.