Вьюга

Все время она слышала приглушенный безнадежный плач, раздававшийся отовсюду. Это разрывало душу.

– Держи его, – сказал Эльдар. – Если у тебя хватит смелости.

Пока она держала подростка, Эльдар быстро сделал надрез. Громкий крик подростка перешел в детский подавленный плач, когда из раны сначала полился гной, а потом кровь. Виллему сняла с себя косынку и вытерла, очистила рану на ноге и перевязала ее. Плач постепенно замер. Подросток смотрел теперь на них разинув от удивления рот.

– Неплохо, – пробормотал Эльдар.

В его голосе слышалось уважение. Это отозвалось в ней таким теплом, что она снова почувствовала головокружение.

Затем Эльдар опустил вниз штанину на ноге подростка, и ее косынка оказалась надежно спрятанной. Теперь ее совсем не видно, и работники едва ли смогут доказать, что она принадлежит Виллему, если даже и обнаружат ее. Нужно быть очень осторожной.

– Мне кажется, что ты напрасно стараешься. Они грязны, как свиньи.

– Замолчи! – резко прервала она его. – Еще одно такое слово, и я скажу, кто здесь свинья!

Эльдар кисло посмотрел на нее, но промолчал.

Ей показалось, что на его высоких скулах можно было увидеть красные пятна.

Все время она чувствовала, что мужчина справа крутится подле нее, имея самые неприглядные намерения.

– Не смотри направо, Виллему, – пробормотал Эльдар.

– Я знаю. Это ничего не значит, – ответила она утомленно.

– Ты на самом деле мало чем напоминаешь девчонку, – согласился он.

Это наполнило ее гордостью.

Они встали и снова обратились к Йенсу.

Он оказался сразу за ними, помещение-то было маленьким.

– Перестань, – сказал Йенс, повернувшись к мужчине справа. – Здесь дамы. Йенс наклонился к ним.

– Он не совсем в своем уме, – сказал он. – Это Малте Тубренн. Думает, что все ему дозволено, так как владеет этим поместьем.

– Сын хозяина? – недоверчиво произнес Эльдар.

– Боже мой! Какой ужас! – тихо прошептал Эльдар. Виллему была с ним полностью согласна.

– Они разумные существа? – спросила она Эльдара, ибо волнение железной рукой сжимало ее сердце.

– Разума у них еще достаточно, иначе хозяин не имел бы от них никакой пользы, – ответил тот. – Если ими руководят, они могут выполнить любые работы. Но его собственный сын! У меня это вызывает отвращение, тошноту.

– Ты в этом не одинок. Не говори мне больше о скорби! Теперь я знаю, как это чувствует человек!

– Тебе не кажется, что они могут рассказать о нас?

– Не думаю. Они просто ничего не поняли. А вот Йенс…

Эльдар повернулся к нему.