Ему ужасно хотелось насладиться ощущениями, хотелось запечатлеть в памяти каждый дюйм тела Пенелопы, однако внутренний голос подсказывал, что если он сейчас будет медлить, то она вспомнит кошмар прошлой ночи.
– Немного повернись, Пен, – тихо произнес он, поднимая ногу, чтобы снять ботинок.
Пенелопа мгновенно повиновалась, изящно выгнув молочно-белые ножки. Кэмден же снял второй ботинок и отбросил его в сторону. Его пальцы замерли на пуговицах брюк, и в конце концов он решил пока что оставить их на себе. Вынужденная сдержанность убивала, но Кэм понимал: опустившись рядом с женой на постель полностью обнаженный, он не выдержит и сорвется.
Чуть помедлив, Кэмден осторожно лег на матрас. Когда же он поцеловал жену, его кровь словно вспыхнула. Несмотря на испепеляющий жар в груди, ему хотелось ухаживать за женой ласково и неспешно. Его вдруг охватила невыразимая нежность… Он лег набок и, подпирая рукой голову, легким движением пальцев откинул со лба Пен непокорный локон."
"А она, в свою очередь, с жадностью пожирала мужа глазами.
Кэмден не знал, что жена хотела в нем разглядеть, но надеялся, что она найдет искомое. Во всяком случае, он разглядел в ее глазах желание. И теперь, находясь всего в нескольких дюймах от нее, он заметил, насколько она уязвима. В эти мгновения ему больше всего на свете хотелось сделать ее счастливой, и он, коснувшись ладонью ее щеки, прошептал:
– Пен, я…
– Нет, ничего не говори. – Она прижала палец к его губам.
Кэм невольно вздохнул. Совсем недавно он подчинился ее требованию и дорого за это заплатил.
А Пенелопа вдруг перекатилась по постели и, оказавшись сверху, принялась неспешно целовать его, явно наслаждаясь поцелуями. Запустив пальцы в темную копну ее волос и не прерывая поцелуя, Кэмден перекатился вместе с женой – и теперь он навис над нею. Пенелопа, ошеломленная, ахнула, когда он прижался к ней бедрами. Но что она сейчас испытывала? Страх или удовольствие?
Прошлой ночью он принял ее пылкость за готовность. И теперь ему ужасно не хотелось повторять вчерашнюю ошибку.
Немного помедлив, Кэмден осторожно раздвинул ноги жены и погладил ее лоно. Ощутив под пальцами влагу, он коснулся сосредоточия ее страсти, и Пенелопа вздрогнула от этого прикосновения.
Однако Кэмден дотрагивался до нее снова и снова. И тут глаза ее вдруг расширились, и она пробормотала:
– Но это же безнравственно…
Кэмден улыбнулся. Он продолжал ласкать ее до тех пор, пока Пен не выгнулась ему навстречу.
