— Товарищ Тихонов, Саша кончился… Сам понимаешь когда и где! — при этом я махнул рукой в ту сторону, откуда мы пришли на эту станцию.
Я может, психовал бы еще долго, но надрывное урчание приближающегося грузовика как будто что-то выключило во мне, я как-то моментально сдулся смог только проговорить устало:
— Ладно, я вас еще мордой об землю пошоркаю. Взять на борт два боекомплекта!
Больше я пока ничего не стал им объяснять, но они, ребята из моего экипажа и без того отлично понимали, что вольное житье, к которому уже привыкли, бесповоротно кончилось, а началась суровая армейская жизнь, еще более жесткая чем была когда-то на срочке.
Быстро переодевшись в старые хэбэ комбезы, прямо на голое тело экипаж дружно принялся за работу,сперва сняв ящики со снарядами и зарядами с трехосного грузовика. После этого перекурив, начали протирать покрытые консервационной смазкой снаряды. потом все, кроме меняпошли наберег речки вымыть заляпанные снарядной смазкой руки. А мне нужно было успеть сделать кучу дел. Сегодня весь день пекло, знойкак специально не спал и к наступающемувечеру, хотя солнце уже было в нескольких метрах от горизонта…
Проходя мимо «сорокчетверки» невольно отметил, что ее экипаж, видно в ожидании дальнейших событий столпились вокруг танка.
— Интересно, успеем ли поужинать? Вот в чем вопрос. — И сам же себе отвечал: — Ох, чую — не успеем.
— Что ты ноешь-то? — рассердился командир танка. — Прямо жилы из всех тянешь и тянешь.
Заряжающий обиженно хмыкнул, спрыгнул с танка и скрылся из глаз.
Переделав почти все дела, и приняв решение идти в бой на ИСе, я пошел к месту его стоянки. Выйдя из-за нескольких, рядом стоящих осин я издали помахал рукой. Этот знак все поняли и выстроились возле машины. Подойдя к строю, я подхватил болтающийся у колена планшет и раскрыв его, произнес: — Слушай боевой приказ…
Ответить никто ничего не успел — издалека послышался шум заводимых танковых моторов, который стал быстро приближаться, и вот уже мимо по размолоченной гусеницами просеке, заполняя ее синими клубами сгоревшей солярки, с ревом начали проходить бронированные машины.
Еле-еле успел только крикнуть экипажу: — В машину! На новое московское шоссе!. Там я скомандую…
Через несколько минут наш тяжелый танк, подминая кустарник и молодые деревца, выскочил на дорогу.
