Война (СИ)

Но его прямой и честный характер не позволил ему промолчать:

— Ваше Величество, простите уж старому вояке излишнюю прямоту, но всё же… Не знаю я — да и не положено, наверное, мне того — какая уж кошка пробежала меж вами, но нынче времена смутные… И иметь такого человека на своей стороне — хороший задел к победе. Хотя… Громовы всегда отличались истинной любовью к России, и случись что, я уверен, он стеной встанет на пути любой беды, не жалея живота своего.

Спустя пару дней пути по практически безлюдной Финляндии, когда неприглядная истина во весь рост встала передо мной, злорадно ухмыляясь, я то и дело возвращался мыслями к тому разговору… Если я всё же ошибся, если из-за моего упрямства случится страшное, и враг вторгнется в пределы империи там, где его никто не ждёт, мне останется надеяться только на чудо… На бывшего канцлера, на моего закадычного недруга — на проклятого Громова!.

Пока Потап будил обитателей особняка, радуясь тому, что всё же не придётся обхаживать незваную ночную гостью и одновременно испытывая искреннее возмущение тем, что она стала причиной такой суеты, князь отправился в сторону лестницы, намереваясь облачиться во что-то более подходящее случаю, чем его домашний халат.

— Князь, а что теперь делать мне?..

Владимир Алексеевич обернулся, смерив женщину высокомерным взглядом. Потом пожал плечами:

— Возвращайтесь домой. Я бы предложил вам сопровождение, но, коль уж вы сумели самостоятельно добраться сюда и даже проникли на территорию моего поместья, вам не составит труда повторить свой путь в обратном направлении.

— Что я сейчас решу ваши проблемы одним щелчком пальцев? Я терпеливо выслушал вас, более того, я поверил вам и теперь собираюсь исправлять то, что вы умудрились сотворить. Сверх этого я для вас делать ничего не планирую, передо мной стоит задача гораздо важнее — спасти то, что вы стремились разрушить!

Властно подняв ладонь, предупреждая попытку Светланы возразить, он продолжил:

— Могу вам обещать только, что я не стану никому открывать вашей причастности к тому фиаско, что потерпит император, попавшись на вашу приманку.