Война за проливы. Операция прикрытия

Начать эту самую вторую фазу необходимо с всеобщего восстания в Боснии, за которым последует наш ультиматум к австрийским властям в трехдневный срок передать эту турецкую оккупированную территорию в состав Сербии…

– Думаю, – сказала Антонова, – что два этих события должны произойти не последовательно, а одновременно. Признание ничтожными положений Берлинского трактата дает нам полное основание предъявить Австро-Венгрии ультиматум на их очищение. В случае не вывода австро-венгерских войск с оккупированных территорий война начнется третьего июля, а в случае нападения на Сербию или Черногорию – немедленно.

К тому же моменту должны начаться наши операции в Проливах и против Румынии, а также вторжение германских войск во Францию. Там, насколько я понимаю Вильгельма, даже ультиматума не будет – просто войска получат приказ перейти границу.

– В таком случае, – кивнула генерал Антонова, – вашему дядюшке Вилли придется выбросить на помойку знаменитый план Шлиффена и биться с французами лоб в лоб в заросшей лесами холмистой долине реки Маас.

Еще со времен прошлой франко-прусской войны французы нафаршировали этот участок от бельгийской до швейцарской границы фортами и крепостями, которые в современных условиях хоть и утратили большую часть своего значения, но, несмотря на это, все равно смогут служить французской армии в качестве опорных пунктов. Вместо стремительного обходного маневра, оставляющего французскую армию сразу в глубоком тылу, теперь германцам предстоит встречное сражение с непредсказуемым результатом.

– Насколько я помню историю вашей Первой Мировой войны, – хмыкнул император, – то «стремительный обходной маневр» у германских генералов все равно не получился, как они ни старались. И войну Германия все равно проиграла, хотя в этом случае, как завещал немцам Великий Бисмарк, задача войны сразу на два фронта с самого начала выглядела нерешаемой.

– Задача разбить Францию за пять с половиной недель, – сказала Антонова, – тоже была нерешаемой.

Германские генералы только кажутся суровыми прагматиками, основывающими свои действия исключительно на точном расчете. На самом деле это еще те авантюристы – в случае невозможности решения задачи классическими средствами они с легкостью начинают подгонять свои вычисления под желаемый ответ. Знаменитый план Шлиффена был весьма точно рассчитан при спорных начальных условиях.