– Возможно, это и так, – согласился император, – и в таком случае скормить Вильгельму Францию необходимо прямо сейчас, пока он не начал строить самостоятельных планов по ее отвоеванию. Правительство, бежавшее из Парижа Лорьян, в ближайшем времени соберется вернуться обратно, и вот тогда немецким гренадерам будет уже гораздо труднее захватить столицу Франции.
– В таком случае, – сказала Антонова, – первыми должны начать мы, но не во Франции, а в Проливах. Ситуация на Балканах складывается неоднозначная.
Во-первых – сербы все сделали правильно, и теперь меньшая часть их сил вместе с черногорцами осаждает Шкодер, а большая готовится воевать против Австро-Венгрии. Во-вторых – болгары тоже действуют по плану, или почти по плану. Операция в Македонии в основном завершена, а во Фракии постепенно накапливаются силы для перехода в генеральное наступление. В-третьих – как мы и опасались, греки не стали придерживаться предварительного плана войны и вместо десанта на Смирну и наступления на Эпир полезли к Солуну, в результате чего не обошлось без небольшого инцидента, при котором чуть не погиб еще один ваш двоюродный брат, греческий принц Константин.
По счастью, все закончилось пулей снайпера в плечо, когда он достал револьвер, чтобы выстрелом в спину убить уходящего прочь после переговоров Николая Бесоева.
– А ведь мы его предупредили, – со вздохом сказал император, делая пометку в рабочем блокноте, – причем не один раз.
Еще при создании Балканского союза мы твердили всем заинтересованным лицам, что только неукоснительное соблюдение предварительных соглашений ведет к долгой и счастливой жизни. Также мы предупреждали, что жизни НАШИХ людей священны… Пожалуй, стоит вызвать этого Константина в Санкт-Петербург, чтобы провести с ним воспитательную работу.
– И еще надо отметить, – добавила Антонова, – что свою долю хаоса в балканские дела внесли и румыны, отказавшиеся менять Добруджу на Трансильванию.
Румынский король напрашивается на хорошую трепку, но думаю, что здесь виновен не он, а магнаты, интересы которых могут быть ущемлены передачей Добруджи. И эту операцию по приведению Румынии в чувство теперь требуется тоже экстренно встраивать в общий план второй фазы балканской кампании.
– Но все же, Нина Викторовна, – сказал император, – давайте я попробую угадать.
