Волчье кладбище

Мы отправились в аудиторию, где повторили преподавателю только что сварганенную небылицу, чтобы оправдать своё отсутствие. И Дарта, и преподавателя биологии устраивало объяснение Адама. Оба считали, что раз я – не англичанин, а шотландец, то непременно позволю себе непозволительные эмоции. Про иностранца Адама что и говорить!

На обед в столовой подавали сырный суп с крапивой. Парни вели себя сдержанно. Даже непривычно было без традиционной болтовни ни о чём, но особенно – без выходок Тео.

Я проносил поднос с пустой тарелкой мимо преподавательского стола, когда услышал голос Секвойи. Он сидел вместе с Поттегрю и тренером Горденом, возбуждённо рассказывая что-то про полицию. Я притормозил и сел спиной к Секвойе за опустевший стол по соседству.

– Ну а что я должен был им ещё рассказать? Это ведь правда, больше я ничегошеньки не видел!

– Сблевать мне червями, Секвойя, ты не мог нормально взглянуть под капюшон этому типу? – с досады хлопнул ладонью по колену Горден.

– Не мог я, понимаешь? Как бы я мог? Я только выглянул из павильона, из бокового входа, подышать хотел, а он в этот момент из леса вынырнул…

– Дерьмо ты гальюнное, опять поди наклюкался! Как пить дать, под деревом лежал и досасывал сидр!

– Ни в коем случае! – возмутился Секвойя. – Я только закончил уборку за кулисами. Вышел на свежий воздух…

– А почему перегаром-то тянет? Или это от тебя, педик? – повернулся Горден к сидящему рядом Поттегрю.

– Мне ещё сегодня спектакль показывать перед министром, не забывай, – возразил Поттегрю.

 – Серьёзно, Секвойя, почему ты решил, что это был отец Лерри?

– Ну, как почему? Во-первых, эта ряса. Невольно у меня сразу ассоциация со священнослужителем возникла. Хотя он больше на лесное привидение в полумраке походил…

– Значит, накачался-таки! – победно заявил Горден.

– А во-вторых, походка, – поспешно продолжил Секвойя. – Лерри после ранения немного больше на правую ногу опирается.

Ну, мне показалось, что этот субъект как-то похоже двигался. И когда он мимо меня проходил, я сказал: «Добрый вечер, падре», а он кивнул в ответ и пошёл дальше. Ну, а потом я уже кровь заметил на рукаве. На предплечье, куда в Робина стреляли.

– Потому что это была та самая ряса Робина, швабру твою в зад тебе! – доходчиво объяснил Горден.

– Погоди, – встрял Поттегрю. – Говоришь, ты у павильона стоял.

– Да, стоял, – важно отозвался Секвойя.