Волевой порог

Пока Шелестов приходил в себя и ел холодное мясо, он успел рассказать о том, что произошло. Постепенно водка и пища согрели организм. Лучше всего согрела бы тарелка хороших наваристых мясных щей или просто горячего супа, но в данной ситуации выбирать было особенно не из чего. Любая пища согревает. А в данном случае человеку, который мерз и не ел сутки, необходимо подкрепиться.

— Значит, этот рюкзак, что вы спустили вниз с Рубиным, принадлежал этим немцам? — спросил Буторин.

— Да, парень был молодец, — кивнул Шелестов.

 — Он даже сообразил, прикинул место, где они должны были взрывать и устраивать обвал на перевале. Метрах в ста от южной скалы, где мы поднимались, есть удобное место. Думаю, там они и хотели устроить эту диверсию.

— Нет, там скала, которую таким количеством не возьмешь. Много шума и мелких камней, — неожиданно заговорил Мирзаканов.

— Ты уверен? — Буторин удивленно посмотрел на горца.

— Да, взрывать надо было раньше. Туда, с полкилометра в сторону Пастушьего. Там место удобное.

Там большой обвал получится, если взорвать.

— Да, ладно тебе, парень, — усмехнулся Шелестов. — Что ты говоришь. Зачем им идти сюда, если они в километре раньше могли все взорвать? Ладно, ребята, спасибо, что пришли на помощь. А теперь надо Людмилу спускать. Их с Рубиным надо вниз, в долину. Похоронить с почестями. А здесь, под этой грудой камней, лежат еще двое из группы Николаева. Звезду бы на этом монументе поставить, как память. Ну это мы потом сделаем, когда задачу выполним.

Мирзаканов никак не отреагировал на слова Шелестова о том, куда именно шла немецкая группа, погибшая два года назад. Он слушал, как Буторин и Шелестов обсуждали, что сил на спуск других тел сейчас нет. Но нужно подняться снова к подножию южной скалы и сфотографировать убитых. Надо их попытаться опознать, изучить тела. Дальше все работали молча. К вечеру группа спустилась со стены и перенесла тела Артемовой и Рубина к спуску. До темноты их удалось спустить на ледник, а потом распаковали тюки, оставленные здесь заранее, поставили палатку, достали спальные мешки.

На примусе приготовили горячую еду.

Шелестов засыпал в спальном мешке, окончательно согревшийся и расслабившийся. Но это были только внешние ощущения, телесные. А внутри его точил червячок вины. Погибли и Людмила, и Валера Рубин. Можно было как-то иначе поступить, спланировать все, чтобы избежать гибели своих помощников? Диверсанты, напавшие на них, появились снизу.