Восхождение королей

— Ты хочешь так думать, — ответил Говарт. Его голос был низким от удовольствия. — Хочешь, чтобы я сказал тебе, почему ты здесь? Потому что я попросил тебя у него. Он дает мне то, что я хочу. Он дает мне все, что я хочу. Даже своего неприкосновенного племянника.

— Что ж, я причиняю ему неудобства, — сказал Лорен. — Ты тоже. Вот почему он свел нас. В какой-то момент один из нас избавится от другого.

Лорен заставил себя говорить без чрезмерных эмоций, просто спокойное замечание по факту.

— Дело в том, что когда мой дядя станет Королем, то никакие средства воздействия его уже не остановят.

Если ты убьешь меня, то, что бы у тебя ни было против него, перестанет иметь значение. Останетесь только он и ты, и он свободно упрячет в темницу и тебя.

Говарт медленно улыбнулся.

— Он говорил, что ты скажешь это.

Первый просчет, и по его собственной вине. Лорен чувствовал отвлекающие удары своего сердца.

— Что еще говорил мой дядя, я скажу?

— Он сказал, что ты будешь пытаться заговорить меня. Он сказал, что у тебя рот, как у шлюхи.

Он сказал, что ты будешь лгать, льстить и подлизываться. — его улыбка стала шире. — Он сказал: «Единственный способ быть уверенным, что мой племянник не выговорит себе путь на свободу, это вырезать ему язык». — Произнося это, Говарт вытащил нож.

Комната вокруг Лорена стала серой; все его внимание сузилось до одной точки, мысли поплыли.

— Если только ты не хочешь услышать это, — сказал Лорен, потому что это было только начало. Это будет долгая, извилистая, кровавая дорожка до самого конца.

 — Ты хочешь услышать все это. Каждый надломленный звук. Эту вещь мой дядя никогда не видел в тебе.

— Ты всегда хотел быть по другую сторону двери, — произнес Лорен. — И теперь ты здесь.

К концу первого часа (хотя, казалось, дольше) Лорен испытал много боли и уже не понимал, насколько (если вообще) он задерживает или контролирует то, что происходит.

Его рубашка была расшнурована до талии и свисала, а правый рукав пропитался красным. Взмокшие от пота волосы спутались. Его язык остался нетронутым, потому что нож торчал из его плеча.

Он счел произошедшее за победу.

Нужно радоваться маленьким победам. Рукоятка ножа торчала под странным углом. Это его правое плечо, которое уже вывихнуто, поэтому теперь даже дышать было больно. Победы. Он зашел так далеко, он вынудил своего дядю хоть немного сосредоточиться, проверил его, раз или два заставил его поменять планы. Сделал так, чтобы все было непросто.

Слои толстого камня лежали между ним и внешним миром.