Возлюбленная герцога

Один палец начал дразнить то место, где она особенно его хотела.

Грейс повернулась к нему лицом, отыскала взглядом его блестящие глаза.

– Эван, – выдохнула она.

Восхитительный палец опять задвигался.

– Кирена, убийца льва.

– М-м-м… – Она качнула бедрами, наслаждаясь удовольствием, которое он ей доставлял. – Расскажи.

– Она родилась изящной и красивой, единственной дочерью великого воина, – рассказывал он, а его рука легко – слишком легко – ласкала ее. – И никто не верил, что она достойна сражаться.

– Само собой разумеющимся считалось, что нет.

– Вот именно, – сказал он. – Она хотела выйти на поле боя, а получила совсем другое поле – пасла овец всякий раз, как ее отец уходил на войну.

– Вкусное угощение для львов.

Он ущипнул мочку ее уха, и Грейс снова охватил трепет наслаждения.

– Именно. И вот однажды, когда она пасла отару, явился лев, и Кирена, великая воительница, убила его.

– Входит Аполлон, – задыхаясь, сказала Грейс, подаваясь бедрами ему навстречу. – Быстрее.

– Ты выучила это грязное слово здесь.

По его голосу она поняла, что он порочно улыбается – ему доставляло удовольствие руководить ею. Она повернулась к нему лицом, ей хотелось видеть это. Все эти годы она воображала, как он будет улыбаться в такие минуты, доставляя ей удовольствие, и как они забудут, что мир вокруг существует.

Эван взглядом обвел ее тело, каждый его дюйм, каждую выпуклость, каждый изгиб, каждый шрам, оставшийся после драк ее юности.

Она смотрела, как он словно заносит их в опись – вот осмотрел ноги до самых ступней, снова скользнул взглядом вверх, на долгую минуту задержался взглядом на темном треугольнике завитков, скрывавшем самую ее сокровенную часть.

Затем поднял взгляд на лицо и произнес чувственным низким голосом:

– Аполлон был сражен наповал.

И Грейс, королева Ковент-Гардена, которая могла остановить бунт одним словом, поняла, что никогда в жизни не чувствовала себя более могущественной, чем в тот миг, когда этот мужчина, сильный и красивый, потерял из-за нее голову.

Он притянул ее к себе, поднял на руки, отнес к кровати и положил.

Вот оно, ее наслаждение. Быть желанной. Знать, что тебя вожделеют. Не за деньги, не за власть, не за положение – просто за то, что ты есть.

Но это не все. Этого недостаточно.