Дед, такой же суровый, как бабка, и при какой-то начальственной сельской должности, приехал в город и порешал все вопросы. По-моему, все решение свелось к тому, что он нашел моего непутевого папашу и за шиворот отволок молодых в ЗАГС.
Так что я родилась в законном браке. Правда, отца своего видела только на фотографиях. Как-то быстро он потом испарился в туманной дали — и не писем, ни телеграмм, ни алиментов.
Мать моя в итоге поступила в техникум и выучилась на библиотекаря. Только вот близость к книгам ее никакой мудрости не научила.
Мы жили как-то безалаберно и как-то врозь. У мамы своя жизнь, у меня своя. Жили, можно сказать, скромно. Квартира однокомнатная, дед как-то выхлопотал, зарплата у матери тоже скромная, правда, дед с бабушкой помогали — особенно, пока дед был жив. Я его почти не помню, он умер, когда мне лет пять было. Все свои вопросы я всегда решала сама — учеба, школа, постирать, погладить одежду, рано научилась готовить. Помню, как в тринадцать подошла к матери и неловко попросила купить мне прокладки.
— Как, уже? — только и вздохнула она. Но прокладки купила.
Подготовка и сдача экзаменов, принятие решения о том, куда поступать — все это я делала самостоятельно. Единственное, что я сделала не сама — на выпускной мама мне вдруг раскошелилась на платье. У какой-то знакомой портнихи шила. И туфли купила. И прическу мне сделали в салоне. В общем, я была не хуже других выпускниц. Правда, и не лучше — у нас девчонки некоторые были прямо как королевы, но я и за это была маме благодарна.
А потом был колледж, учеба, новые друзья, первая влюбленность в сокурсника Костю, который, кроме шикарных джинсов с дырками и умения делать красивые глаза, еще играл на гитаре и пел. Пел безобразно, как я теперь понимаю. Но это не помешало мне отдать Косте свою невинность. А когда я училась на последнем курсе и уже готовилась к выпускным экзаменам, умерла бабушка. И внезапно все оставила мне — добротный деревенский дом и деньги под матрасом.
Про деньги под матрасом мне сказал дядя Леша, мамин брат.
А я, когда мы приехали на похороны, только смотрела круглыми глазами на пачки денег. Я в своей жизни столько наличных никогда не видела!
— Здесь все точно, Лиза, я взял только на организацию похорон, — негромко говорил дядя Леша. Он была старше моей мамы на десять лет. — Вот тут все по списку, что купил. А остальное — Лесе, так мать решила.
Честно сказать, я тогда была абсолютно обалдевшая от всего этого.
