Возвращение джинна

«Метеоритный кратер» оказался утыканным круглыми дырами диаметром в двести метров, и Артем понял, что он на самом деле представляет собой космический порт Червей, в стартовом колодце которого остался один-единственный космический корабль, он же — ковчег.

— Здесь их полсотни, — доложил Роман, также обративший внимание на дыры. — На целый флот. Представляешь, сколько Червей прибыло сюда, чтобы попользоваться дармовой энергией моллюскоров?

Артем не ответил. Не хотелось думать, что с момента высадки Червей на кладбище иксоидских боевых роботов прошел миллион лет и что их корабль-матка уже не в состоянии послужить транспортным средством.

Потому что идея, которая пришла ему в голову, как раз и состояла в том, чтобы использовать корабль по его прямому назначению. Изучить, запустить и направить на родину Червей, где можно было попытаться найти активный контур «червивого» метро и перебраться с его помощью на Полюс Недоступности. А уж оттуда связаться с Калаевым, сообщить ему новость об Ульрихе и о поступке Селима фон Хорста. Который, по сути, пожертвовал собой, чтобы предупредить человечество об опасности новой войны с роботами негуман. Правда, у Артема еще теплилась надежда, что Селим жив. Но, для того чтобы убедиться в этом, надо было вернуться на кладбище моллюскоров.

Группа собралась у колодца с ковчегом.

— Обнаружил три ниши с тонкими мембранами, — доложил инк аппарата, — за которыми просматриваются объемы пустого пространства. Обследую корпус корабля на глубине ста сорока метров…

— Отставить! Возвращайся и покажи найденные ниши.

— Это наверняка люки, — обрадовался Роман. — Я же говорил, кибер справится. Только как мы их откроем?

— Что-нибудь придумаем.

Появился «мустанг», сверкая прожектором.

Безопасники пристроились за ним и нырнули в темноту щели, включая нагрудные фонари.

Первая ниша, за которой кибер обнаружил нечто вроде коридора или тамбура, оказалась на шестьдесят метров ниже поверхности дна «червивого» космопорта. Она была диаметром около восьми метров, и в нее вполне мог поместиться любой Червь Угаага.

— Толщина перегородки пять метров, — сказал Роман, пообщавшись с «мустангом». — Чем будем пробивать? Неймсом или «глюком»?

Артем вспомнил свое первое знакомство с ковчегом, правда, не Червей, а гиперптеридов. Тот корабль, перевозивший в трюмах боевых гиперптеридских роботов — «джиннов», лежал на дне болота, и Артему, Селиму фон Хорсту и Зари-ме пришлось порядком помучиться, прежде чем они смогли проникнуть на борт корабля.