Возвращение джинна

Искупались в бассейне на первом этаже, переоделись в большой гардеробной на втором и уселись за стол на третьем, в круглом зале со стеклянными стенами, открывающими вид на великолепную земную природу оазиса, сотворенного Лам-кой.

Сам робот, конечно же, не показывался на глаза, хотя вполне мог создать «лицо для переговоров», однако его присутствие чувствовали все — по струйкам снежной пыли, изредка возникающим в воздухе.

Зари-ма выглядела почти счастливой, судя по ее раскрасневшемуся лицу, но в глазах девушки то и дело всплывало нетерпение, и Игнат понимал, что она думает о муже и жаждет начать его поиски.

Комфортнее всех ощущал себя Шоммер.

Он шумно ел, шумно восторгался гостеприимством боевого друга Зари-мы и с удовольствием разглагольствовал на разные темы, пока не оседлал любимого конька — ксенологию. Впрочем, его откровения были интересны и Ромашину-старшему, который узнал много нового о повадках и логических системах негуман. После обсуждения общих проблем, над которыми трудились ученые Института Внеземных Коммуникаций, Шоммер перешел на конкретные примеры, и эта тема также представляла интерес для Игната.

— У меня складывается такая версия, — заявил ксенолог, отодвинувшись от стола в испарине — ел он много и долго — и вытирая рот салфеткой. — Как известно, протеи, Черви Угаага, иксоиды и гиперптериды являются всего лишь промежуточными стадиями разумогенеза одного вида. Протеев мы еще не нашли, а конечная стадия — ангелоиды — еще впереди. Хотя насчет этого у меня есть любопытная идея, над которой я работаю.

— Кому известно? — не выдержал Игнат. — Ты сказал: как известно, Черви и прочие гиперптериды — промежуточные стадии одного разумного вида. Разве это известно всем?

— Мне известно! — веско сказал Шоммер, поднимая вверх указательный палец. — А ошибаюсь я…

— М-да, кажется, я уже говорил что-то подобное. Тем не менее хочешь смейся, хочешь плачь, но моя теория в данном вопросе не имеет изъянов. Так вот, я пока не знаю, почему произошел разрыв генотипических связей между иксоидами и гиперптеридами, но факт в том, что они стали конфликтовать.

— Ты и причину знаешь?

— Война началась после того, как негуманы прорвались в нашу метавселенную и начали преобразовывать вакуум для создания ИПов — иномерных пространств с нецелочисленной метрикой. То есть они начали переделывать наш континуум под себя.

— Ну, и где же следы этой переделки? — скептически хмыкнул Игнат, подмигнув Зари-ме.