Совсем сползли на переносицу…
Я схватила марлю. Придерживая одной рукой фонарь, второй промокнула ей лоб.
— Потерпи, немного еще осталось, — разговаривала с Амиром бабуля.
Наконец, его мучения закончились. Раны были обработаны, и он провалился в беспамятство.
Когда мы выбрались из маленькой комнатки, я без сил рухнула на диван в гостиной.
И тут что-то странно кольнуло в сердце.
— Бабушка, а где мама? — широко распахнула глаза.
Она покачала головой.
— Мама здесь больше не живет. С тех пор, как ты насовсем переехала к отцу, она ушла жить к своему новому мужу.
— Мужу?! Она вышла замуж?!
— Нет, милая. Замуж она не вышла. Просто переехала к мужчине, с которым у нее романтические отношения. Он не шибко жалует мою персону, поэтому мы сейчас редко общаемся.
— Ох…
— Давай, я заварю чай, а ты пока прими душ и переоденься. Кое-что из твоих вещей еще сохранилось в маленькой спальне.
— А если сюда придут люди Мардоре?
— Если они сюда придут, мы тебя спрячем. Они не приходят бесшумно. Их слышно за пару километров.
От них шум, грохот и разрушения.
Я согласно кивнула.
— Ладно.
В ванной комнате я провела совсем немного времени. Мне было дико страшно, что люди Мардоре доберутся сюда. Тщательно смыв с себя кровь Амира, я закуталась в полотенце. Быстро переоделась в найденные бабушкой джинсы и футболку, и вышла на кухню.
Бабушка уже успела заварить ароматный чай с мятой. Достала печенье, вазочку моего любимого варенья из грецких орехов и сыр в нарезке.
Я с тревогой взглянула на стену гостиной.
Бабуля поманила меня за стол.
— С ним все в порядке, не переживай, я проверяла. Пусть отсыпается. Через пару дней ему станет лучше. А сейчас, конечно, надо соблюдать постельный режим, поберечься, чтобы швы не разошлись и кровотечение снова не открылось. Смерть не спрашивает. Забирает всех подряд. Иди, выпьем по чашечке чая.
Круглый стол был застелен шелковой скатертью, которая успела полинять. Сколько себя помню, эта скатерть всегда была на столе.
Я отодвинула стул и медленно села за стол.
Бабуля налила в чашку ароматный чай и придвинула ко мне.
— И чего ты в него вцепилась? — лукаво взглянула на меня она."
"Я покачала головой.
— Не знаю, ба. Очень странно все. Такое чувство в груди горит – или с ним, или ни с кем.
Она согласно кивнула.
— Да, он хорош. Я бы за такого тоже с закрытыми глазами замуж пошла. Я его помню. До того, как погибла его первая жена, он здорово морочил голову всем женщинам в округе. Глаза у него выразительные, голубые.
