Время стрелять

 — Конечно, у нас тоже случались разные инциденты, но в целом контроль за больными поставлен на очень высоком уровне, и мы подобных рецидивов не допускаем. Но вот когда к нам недавно приезжал выступать детский оркестр, Малек написал мне заявление с просьбой исключить его встречу с гостями. В то же время у него постоянно изымают рисунки и фотографии детского порно. Каким образом они к нему попадают, мы пока не знаем.

— Единомышленники, что ли? — Весовой заметно разрумянился, ухватил пальцами в области груди свой белый свитер и начал его потряхивать.

 — Вот они как своих поддерживают!

— Это не исключено, — Герман надел очки и осмотрел гостей. — Хотите еще кофе или чаю? Вода рядом с тобой, Федя, ты дотянешься?

— Конечно, Гера, о чем речь?! — Борона извлек бутыль с питьевой водой. — Интересно, чьи это пациенты «Экстаз-холл» заминировали?

Если бы не помощь Ларисы и Филиппа, Ангелина бы, конечно, ни за что не справилась с этими двойными похоронами: она действительно как-то крепко надломилась за последние дни.

Ну а могло ли быть иначе? Она ведь потеряла все, что имела в этой жизни, — свою единственную кровную дочь! Безусловно, у нее остались все те, как было принято говорить, пять, а на самом деле куда больше: те девочки, а теперь уже в большинстве зрелые женщины, которых она когда-то тоже назвала своими дочерьми, — так уж ей нравилось обращаться к тем, кто попадал под ее опеку, но все-таки не она их рожала, а это, оказывается, на самом деле очень важно.

Большинство участников похорон, да и тех, кто постоянно звонит на радиостанции и заказывает песни ее дочери, знали ее бедную девочку только как идола российской эстрады.

Наверное, им и в голову не могло прийти, что разухабистую Лялю Фенькину, ее несчастную доченьку, звали Людой, Людочкой, Лялечкой, что она очень любила сыр, сырки в глазури и малину.

Бывший муж Ангелины, криминальный авторитет Лазарь Вершков, оказывается, тоже был ей по-своему дорог, хотя и причинил ей ой как много зла, а по сути, просто сломал ей жизнь.

Лариса занималась всеми светскими приготовлениями, а Филя взял на себя решение остальных чисто похоронных вопросов. К сожалению, на протяжении всей церемонии оба гроба оставались закрытыми. А на что, собственно, там было смотреть? Фрагменты тел, как их называли эксперты, а скорее всего, никакие не фрагменты, а просто невесть что, — ну да ладно, что с них-то взять? Хоронить-то надо! Вот и набросали в полиэтиленовые мешки каких-то кусков.