— Я не бездомный, я честный рассыльный-велосипедист, на пенсии. Ты где родился?
Он улыбнулся — белозубая, приятная улыбка на загорелом лице.
— Южный роддом. А ты?
— Там же, на Волльмар Икскюлльсгатан.
Он облокотился на один из «порше».
— Предположим... — сказал он, — только лишь предположим, что у «Суперкарс» есть клиент, который покупает «БМВ-750» за четыреста пятьдесят косых и тратит еще пятьдесят тысяч на инвалидное оборудование... только предположим!
Мы оба понимающе ухмыльнулись и предположили.
— Тогда бы у «Суперкарс» был довольно хороший клиент, — сказал он назидательно.
— Точно, — отозвался я.
— Но тогда скажи мне вот что. Если бы у нас был такой хороший клиент, то с какой это радости я стал бы рассказывать все, что мы о нем знаем, рассыльному-велосипедисту, да еще на пенсии? Который вваливается этак небрежно с улицы и не хочет сказать, как его зовут?
Я напрягся и выдал лучший ответ, который смог придумать:
— Да, никакой радости я не вижу.
Он кивнул и отмерил скупую улыбку:
— Даже если мы случайно родились в одном роддоме?
— Особенно если мы именно там и родились, — признал я.
Он отключил улыбку и выпрямился:"
"— Наша фирма работает не на виду — это важно при нашей специализации. Но порой к нам заходят случайные типы, люди, которые наверняка не наши клиенты, ни в настоящем, ни в будущем. Поэтому у меня есть одна маленькая кнопка — на нее я нажимаю, если нуждаюсь в помощи охранников... чтобы избежать неприятностей.
— Охранников, — сказал я чуть более радостно, чем следовало.
Он указал на одну из белых колонн. На ней, нацелившись на нас, висела телекамера.
— И тогда появятся охранники? — спросил я. — Из «Сентинел»?
И он подтвердил, кивая и улыбаясь:
— Из «Сентинел».
Я позвонил из телефона-автомата на улице.
— Финансовая компания «Молот». Добрый день, — прощебетал женский голос. В точности такой, какие звучат из репродукторов в аэропорту.
— Привет, — сказал я. — Послушай, мне бы Густава Далля на пару слов.
Впечатление такое, будто ты нажал на кнопку автомата-ответчика:
— Боюсь, что он занят.
Мы не могли бы перезвонить вам сами, позднее? С кем я разговариваю? И в чем заключается ваше дело?
— Ты мне позвонить не можешь. Я звоню из автомата. Спроси его... спроси, не ездил ли он на «порше» в четверг утром. Передай привет от того, кто нашел труп. Я перезвоню через полчаса.
Она с привычной сноровкой парировала:
— Я далеко не уверена, что так быстро все ему передам.
