Все дьяволы здесь

– Эта квартира принадлежит Стивену Горовицу, верно?

– Как вы догадались? – спросила Рейн-Мари. Они ему об этом не говорили.

– По коллекции. Он делает огромные пожертвования Лувру, и время от времени мы слышим о его очередном приобретении. Его имя никогда не называется, но мир высококлассных коллекционеров и коллекций тесен и сплочен. Я слышал новость, однако мне казалось, что речь шла о дорожном происшествии. А не… – Он посмотрел на очертания тела на полу.

– Это был не Стивен, – сказал Гамаш.

 – Мы просим вас сохранить в тайне то, что вы видите.

– А вы знаете, что я вижу? – От созерцания Вермеера куратор перешел к созерцанию Гамаша.

– Думаю, что да. Но скажите нам.

Профессор де ла Кутю остановил на них критический взгляд:

– Насколько я понимаю, вы пригласили меня, чтобы я сделал оценку. На случай его смерти.

– К сожалению, все это копии. Безусловно, великолепные. Способные обмануть многих, хотя меня удивляет, что они обманули месье Горовица. Даже будучи копиями, они стоят тысячи, но не десятки миллионов.

Не бесценные, как мне показалось вначале.

– Все они? – Рейн-Мари посмотрела на Армана: он был мрачен, но отнюдь не удивлен. – Ты знал?

– Подозревал. Я знал, что большинство оригиналов эпохи Ренессанса не имеют бумажного задника. И сами рамы не старые, хотя очень хороши. Даже если бы Стивен захотел поменять рамы, он бы позаботился о том, чтобы они принадлежали тому же времени.

– Это и у меня вызвало подозрение, – сказал куратор.

 – У поддельного Вермеера рама скреплена скобкой. Месье Горовиц никогда бы не согласился на такое, будь картина подлинником.

Арман подошел к самой маленькой картине в коллекции, снял ее со стены и протянул куратору:

– Милая картинка, – заметил де ла Кутю, наклоняясь к картине. – Акварель. Пейзаж. Вероятно, период от начала до середины двадцатого века. Подписано «В. М. Уайтхед». – Профессор перевернул картину. – Забавно, что сзади у нее нейлоновая нить и пластиковые крючки.

 – Он вернул картину Гамашу. – Возможно, это оригинал, но он ничего не стоит.

– Не совсем так, – возразил Арман, вешая картину на стену.

– Жаль, – сказал куратор. – Кто-то, вероятно, пробрался сюда, пока месье Горовица не было в Париже, и методически заменил оригиналы копиями. Вероятно, делал это в течение длительного времени. Какая потеря. Как вы думаете, убитый спугнул фальсификатора?

– И был убит, – сказал Арман. – Возможно.