Все ради тебя (СИ)

Это просто истина, которую надо бы принять. Точка.

— Как ты думаешь, что там будет?

— Ор, крик, куча говна, которое будут лить на Лизу. Ты же помнишь ее? Так вот, ни хера не изменилось. Настя, как была конченой сукой, так ей и осталась.

— И тем не менее у тебя от нее ребенок.

Прозвучало несколько не так, как ей бы того хотелось. С каким-то укором, или, чего доброго, обидой? О нет. Нет-нет-нет! Ты обалдела?! А ну-ка убери все это немедленно!

Черт, надеюсь, он не заметил.

Катя решает ловко изменить тему.

— Ой, она у меня просто прелесть.

Действительно. Катя мягко улыбается и кивает.

— В этом я не сомневаюсь.

— Ха! Подкол засчитан.

— Это констатация факта, извини.

Снова повисает пауза, но на этот раз она позволяет себе бросить на Пашу короткий взгляд. Его кольцо в носу как раз ловит солнечный лучик, так что сдержать смешка уже не получается.

— Кольцо в носу? Серьезно?

Паша хитро смотрит в ответ.

— Ты бы видела, где у меня еще есть кольца…

О боже! Густая краска жарит щеки, Катя сразу отворачивается и откашливается.

— Ты сказал «юное дарование»?

— Она у меня занимается балетом. Очень талантливая!

— И захочет переезжать?

— Мы с ней об этом говорили, она не против. К тому же какая страна подарила миру балет?

— Точно. Ну…по крайней мере, это крепкая ассоциация. У нас есть крутые школы, она себе парочку подобрала уже…

— В лагере. Спортивный какой-то. Презентацию мне показывала…

— Ага, чтобы отпустил.

— А ты бы не отпустил?

Смех наполняет салон, притом принадлежит сразу им обоим.

— Вообще-то, я из тех самых, чокнутых родителей.

— Ага. Не люблю, когда моя принцесса где-то далеко от меня, но она уже взрослая. Я не могу приклеить ее к себе, а забирать что-то, чем она так горит? Не, это неправильно.

— Так Марина всегда говорила… — с тихой, но светлой печалью, Катя вспоминает свою крестную, и Паша тоже испытывает те же чувства судя по интонации.

— Это точно…Знаешь, я часто вспоминаю о ней.

— Ага. Она многому меня научила, да и другой матери я не знал, так что…

— Со своей ты так и не общаешься?

— С кем там общаться? Думаю, ты прекрасно знаешь, что от нее ни хера не осталось, да и я знал только одну женщину — Марину. Она была моей мамой. Не мачехой, мамой.

Катя слегка прикрывает глаза.

Не надо было уводить разговор в эту степь…

— Ничего, я люблю вспоминать о ней.