Все твои совершенства

Не знаю, как долго мы лежали в одной позе и разговаривали, и у меня еще к нему миллион вопросов, но я вдруг начинаю зевать. Я пытаюсь с этим бороться, потому что разговаривать еще спокойнее, чем спать, и хочу задавать ему вопросы всю ночь.

Наконец Грэм идет на кухню за стаканом воды. Вернувшись в спальню, он выключает лампу, забирается в кровать и обнимает меня со спины. Честно говоря, это не то, чего я сегодня ждала. Учитывая, что это он подошел ко мне в ресторане, а потом заявился ко мне домой. Я думала, у него на уме только одно.

Я обхватываю его обеими руками и закрываю глаза.

– Я думала, это ты шутишь, что никакого секса не будет, – шепчу я.

Я чувствую, как он усмехается.

– Оставаться в штанах не так просто, как я пытаюсь изобразить. – Он прижимается к моим ягодицам, чтобы я поняла, что он говорит серьезно. Кажется, джинсы на нем сейчас лопнут.

– Тебе же, наверное, неудобно, – поддразниваю я. – Ты уверен, что не хочешь передумать?

Он сжимает меня крепче, целует за ухом.

– Мне в жизни не было так удобно.

Его слова заставляют меня покраснеть в темноте, но я не отвечаю. Я не знаю, что ему ответить. Несколько минут я молчу и слушаю, как его дыхание замедляется и становится ровным. Прямо перед тем, как я засыпаю, Грэм шепчет мне на ухо:

– Я думал, ты отвертелась.

Я пытаюсь сказать: «Не буду», но он кладет руку между моей щекой и подушкой и наклоняет мою голову, пока его губы не касаются моих. Наш поцелуй – как раз такой, как нужно. Не слишком короткий, но и не слишком долгий, чтобы привести к последствиям.

– Еще две помады, – говорит Гвен. Она проводит ярко-красным тюбиком по моей верхней губе, но выходит за края так далеко, что я чувствую, как помада касается носа.

– Да уж, это ты умеешь, – говорю я со смехом.

Мы в гостях у родителей Грэма, ужинаем с его семьей. Грэм на полу играет с Аделиной, пятилетней дочкой своей сестры Кэролайн. Трехлетняя Гвен сидит рядом со мной на диване и делает мне макияж. Родители Грэма на кухне, готовят еду.

Именно так мы проводим почти все воскресенья. Эти посиделки всегда мне нравились, а в последнее время вообще стали моим любимым времяпрепровождением. Не знаю, почему здесь, в окружении семьи Грэма, мне легче, но это именно так. Мне легче смеяться. Легче выглядеть счастливой. Легче даже позволять Грэму любить меня.

Я заметила, что есть разница в том, как я веду себя с Грэмом на людях и дома. Дома, когда мы вдвоем, я более замкнута.