Всё, что нас связывает

Уткнувшись лбом в руль, я молился, чтобы он просто сказал мне то, что хотел.

— Мне нужно, чтобы вы встретились с детективами отдела нравов в районе Вашингтон-парка и взяли под охрану пропавшего свидетеля Кемена Бентли, который должен был дать показания против своего бывшего любовника Тейлора Ледесмы, но сбежал из-под надзора полиции. Он попал под расследование, которым занимались полиция нравов, ФБР и полиция штата. Они выявляли несовершеннолетних девушек и парней, работающих в качестве эскорта, и Кемен оказался среди них в одном из отелей, которые они накрыли.

— Дойл уже на месте.

— С этого момента ты должен убедиться, что он будет тебе писать или звонить, — он повесил трубку, как обычно, не сказав больше ни слова.

— Это было забавно, — сказал я, вложив во фразу как можно больше сарказма.

— Он звонит сначала тебе только потому, что «Дойл» идет перед «Джонсом» в его телефоне.

— Используй свой телефон по назначению.

— Бля. Да, прекрасно. Будет сделано.

— Окей, — я почувствовал небольшое облегчение.

— Ты же знаешь, я еще не завтракал, — пожаловался он. — И не пил кофе.

— Перестань злиться.

— Я не злюсь, просто раздражен. И еще меня бесит то, что я не знаю, где ты находишься. Это как когда ты отправляешься на свои миссии и... Но ты и так в курсе.

— Да, — хрипло ответил он.

— Ну да, в общем… — начал я, понимая, как жалко прозвучал. — Когда ты здесь и пропадаешь — это полный пиздец, Ян.

— Это больше не повторится.

— Я твой напарник и всегда должен знать, где ты находишься.

— Окей, — улыбнулся я в телефон. — А теперь о еде. Мы поедим после того, как возьмем под защиту свидетеля.

— Значит, ты не собираешься злиться весь день?

— Кому какая разница? Тебе вовсе не обязательно ехать со мной.

— Шутишь? Нет. Когда мы вернемся в офис, ты оставишь машину там.

— Может, сегодня я хочу побыть за рулем.

— Нет. — Он не любил, когда я говорил по телефону за рулем даже в гарнитуре, потому что считал меня плохим водителем. Его чертовски раздражало, если я отвлекался даже совсем немного.

— Ты не можешь просто сказать «нет», Ян. Твое слово — не закон.

— Разве? — поддел он меня.

— Хочешь пиццу на ужин? Я очень хочу пиццу.

— Мы еще даже не завтракали.

— Да, но я люблю планировать, ты же знаешь.

Да, я и правда знал.

— Может, Эмма захочет куда-нибудь пойти?

— В Чикаго это никто не ест.

Так и есть. Для меня он значит больше, чем кто-либо.

— Я твой напарник, и ты должен заботиться обо мне.