Все нутро на дыбы встает. И душа рвется на лоскуты, стоит только подумать… стоит лишь представить…
— Представить что? — повторил Сергей Алексеевич, когда Костров замолчал.
— Бать, — тяжелый вдох. Надрывный. Шумный. — А ведь она могла бы быть моей. Чисто теоретически. Сложись у нас со Стасей все иначе, и эта малышка… была бы моей дочерью. Дьявол! Как больно это осознавать!
— Что именно?
— Свою никчемность и ущербность. Как я ни старался, а сделать любимую женщину матерью не смог. Зато… какой-то случайный хер с горы, которому этот ребенок на хрен не нужен, чуть ли ни с первого раза дал ей то, о чем она мечтала.
То, что мне не удалось дать ей… за все годы нашего брака!
— Ох, Ян! — судя по звуку, Сергей Алексеевич похлопал его по плечу. — Жизнь — сложная штука. В ней и не такое случается. Не думай об этом, забу…
— Не могу! — глухо прорычал Костров. — Я не могу! Мысли сами в голову лезут. И хоть башкой об стену бейся, один черт их оттуда не вытравить! Да и сама Стася… задачу мне ни капли не облегчает.
Напротив, усложняет только. Заставляет беспокоиться о ней, о них… все сильнее. Вот зачем она это делает? Зачем врет нам? Мне! Отец ее дочери — никакой он не безымянный пассажир. Она знает. Прекрасно знает, от кого Настю родила, раз обсуждает его с некой… бабушкой Ульяной. Не удивлюсь, если даже контактирует с этим уродом время от времени. А еще Стася… она… ты видел? Она же боится меня! С каких это пор она меня боится? Стася никогда… НИКОГДА меня не боялась! Но сегодня я увидел в ее глазах страх.
Неподдельный ужас! Почему? Что так сильно ее пугает? Или… кто? Отец Насти, что ли? Неужели, он причинил ей столько боли, что она теперь от всех мужиков шарахается? В том числе и от меня? Очередного удара ждет? Устами младенца глаголит истина — так кажется, говорят? Так вот, Настя же прямо сказала: мой папа — сволочь, он обижает маму! Он обижает ее, понимаешь?
— Ян, послушай…
— Я убью его! — взревел Костров взбешенным голосом. — Если он хоть пальцем тронул мою жену… оскорбил или поднял на нее руку… если хоть волосок с ее головы упал по его вине, я найду ублюдка и сверну ему шею!
— Твою жену? — холодно бросил Сергей Алексеевич.
— Я не ослышался? Тогда позволь напомнить, что Стася давно уже не твоя жена! Ты отказался от нее. Развелся без колебаний, едва она развод потребовала. Не попытался даже вернуть ее. Не боролся за вас. Ты сам ее отпустил! И счастье свое просрал!
— Да, отпустил, — разразился не совсем здоровым смехом Ян. — Да, развелся.
